п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Первый шаг. Обсуждение текстов начинающих авторов. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **











    Внимание! На кону - издание книги!

    Обсуждение: Cтанислав Кенгуров

    Cтанислав Кенгуров: "Скользящие нити **"

    [i](из цикла "Сверкания луковицы")[/i]

    В этом доме была семья. Они готовили какой-то праздничный ужин. Мы не представились и вошли легко.
    Прямо посреди комнаты разлилось молоко; если точно, вода смешалась с белой краской по всей квартире. Хозяин застыл в дверях с приветливой улыбкой; дети потащили нас прямо к столу, окружённому белыми нитями и цветными ракушками, и маленькая бумажка на западном окне… Мы были чужими для них.
    Вместо скатерти положили чертёж. Старший едва не стёр локтём какую-то деталь, важный компонент двигателя. Перед глазами поплыли знакомые лица, люди из прошлого возникали передо мной и передавали мне душу. Наивная жёлтая птичка теперь звучала словно труба, словно дыхание завода столб превращался в гриб, а белая крышка походила на срез… Бывает, всё бывает подобно-срезанным, как молоток или бойница.
    Мир вовсе не такой страшный, отвечает мне I. Ты очень любишь всё усложнять, понимать «зачем». Я знаю, что он прав, что он может быть только прав. I снова говорит семье о прекрасном мире будущего, о преодолении самого холодного куска в тарелке. Я что-то неразборчиво говорю, но нет ответа.
    «Я тебя знаю, такого холодного. Ты только внешне теряешь, ты только внешне теряешь её»…
    Я слышу гудки телефона. Кто-то один, по-видимому, муж, бежит к нему, а жена почему-то плачет, и кто-то в воздухе плачет с ней. Я пытаюсь их успокоить, но муж возвращается, и тогда идёт сын. Я не понимаю, кого нужно жалеть сейчас, и они думают обо мне.
    Они думают обо мне как о вещи. Их предметы составляют мою вещь, но я не возвращаюсь. Я остаюсь за столом, и тогда в большой зал спускается I. Это маленькая комнатка, совсем маленькая, особенно маленькая бессонной ночью. I не успевает с ответом – на том конце бросили трубку.
    Жена напугана, поэтому она яснее других. Её руки сжимают дверную ручку, а длинный фартук подметает пол. В голове скользят неожиданные признания, но она старше. Как же она старше! Нельзя быть старше здесь, где каждая минута вместе отдаляет нашу общую смерть, смерть от руки и проникновения в общие тайны друг друга. Мы ведём один и тот же дневник под разными именами…
    Я мог быть неплохим следователем. Муж намного моложе жены, он вполне может быть её сыном. Она очень стара. Когда-то я учился быть с ней. Люди вокруг нас не знали любви, мы казались им слишком тонкими. Мы внимательно писали свой призрачный цикл, не оглядываясь вдаль, не ожидая чужого прошлого как подарка. Нас не боялись, нам приносили великое множество сладостей. Голова проваливалась в дожде, город переворачивался, разделяя снова и снова светлый день и прекрасную ночь…
    Теперь ты выходишь, но не можешь найти дверь. Окно не кажется тебе прозрачным, оно не кажется вечным тебе. Окно в доме – такой же бетон.
    Ты выходишь, и муж тебе аплодирует. Он уверен, что ты актриса; ты задашь ему несколько стандартных вопросов, и он будет ждать тебя к ужину.
    Ты должна быть нарядной…
    - Вставайте! Шахтёры идут! – нас выкинули среди ночи.
    Я выбежал на главную улицу. Из репродукторов слышались выстрелы, и люди бежали от ужаса по новой асфальтовой дороге, единственно новой в деревне. Улица шла под уклон, многие падали; дорога образовала с небом мягкое подобие чаши, и люди падали прямо туда, а потом росли, проваливались и росли своими ногами. Асфальт волнообразно сокращался, и мы будто щекотали его. Крайний дом оказался вдруг выше, и асфальт заблестел летним пламенем. «Золото» - завопил кто-то.
    Мы стояли поодаль и держались за забор. Яма уже подбиралась к нам, когда цвет неба резко изменился – его покрыли красные пятна. Что-то скользнуло по ночным облакам, мешая мне успокоиться. Звёзды стали как гвозди, а до месяца доставала рука.
    Шахтёры шли из нефтяной пустыни, и песок лишь на время открывал им глаза. Они были очень уверенными людьми. В старой книге я читал, как они поднимали на свет подводные лодки. И зелёный цветок был цветком смерти.
    Шахтёры не знали своих родителей. Женщины деревень – их единственная семья, единственный промежуток. Поколения возникали здесь по ошибке, если кто-то не был с другими сразу. Цветок смерти принадлежал каждой женщине.
    (Когда герои пришли сюда, им показалось, что границ больше нет, что путь окончен навеки. Один храбрый человек нарвал им целый букет, но герои умереть не смогли. Они ступили в холодную воду озера и пропали над берегом.)
    Шахтёры не дошли до нас. Толпа продолжала спать даже на ходу.

    Я выстрелил.
    Люди на улице все куда-то бежали, «неслись вдоль», но я старался идти спокойно. В голове что-то перемешалось; I остался в доме с тремя своими сторонниками.
    На одной стороне, чуть дальше старого фонаря, я увидел всех обитателей деревни. Поверх строгой, неизящной лепнины они вешали яркую неоновую вывеску. Несчастное выражение скользило по их лицам, но не могло задержаться надолго.
    - Знаешь, мне нравится жить. – сказал I, когда я вернулся. - Наше время – время нашего счастья.

  • 2009-02-28 21:46:53. Андрей Харчевников - против



  • 2009-02-28 17:35:09. Сергей Зубарев - против
    Зачам?


  • 2009-02-28 15:37:56. Елена Сафронова - против
    Смотри комментарий к предыдущей части "Сверкания луковиц"...


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Cтанислав Кенгуров: Скользящие нити **»:
    Войти в систему

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!







  • СООБЩИТЬ О ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ


    Регистрация

    Восстановление пароля

    Поиск по сайту




    Журнал основан
    10 октября 2000 года.
    Главный редактор -
    Елена Мокрушина.

    © Идея и разработка:
    Алексей Караковский &
    студия "WEB-техника".

    © Программирование:
    Алексей Караковский,
    Виталий Николенко,
    Артём Мочалов "ТоМ".

    © Графика:
    Мария Епифанова, 2009.

    © Логотип:
    Алексей Караковский &
    Томоо Каваи, 2000.