п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Борис Скворцов: О жизни (Сборник рассказов).. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **











    Внимание! На кону - издание книги!

    Борис Скворцов: О жизни.

    В этом небольшом сборнике собраны короткие миниатюры, которые В. Солоухин, например, называл бы «камешками на ладони», Ю. Бондарев – «мгновениями», Б. Панов – «подорожниками»… Короче говоря, небольшие зарисовки из жизни, раздумья, воспоминания, этюды, размышления о прошлом и будущем. Любую из этих миниатюр можно было бы расширить до объёма рассказа или (последнюю, например) даже повести, но и «подорожники» (раздумья во время прогулок, поездок и пр., короткие записи в блокнот, заготовки к более подробной прозе), конечно же, имеют право на существование и, думаю, заинтересует читателя.

    Редактор литературного журнала «Точка Зрения», 
    Алексей Петров

    Борис Скворцов

    О жизни

    2005

    Слишком поздно? Чёрный ворон Накануне дня Победы Вот такие дела!


    Слишком поздно?


    В ночном вагоне метро – четыре случайных попутчика: женщина лет тридцати, грузный небритый пожилой мужчина, маленькая старушка, лёгкая, как пробка и я - невольный свидетель почти безмолвной сцены.

    Внимание трёх сидящих людей приковано к молодой женщине, которая стоит у настенного плаката и, не отрывая от него взор, беззвучно, как в немом кино, рыдает.

    На плакате – фотография младенца. Смутная, едва различимая картинка, на которой от реального мира ребёнка отделяет, словно запотевшее, стекло. Невозможно разобрать черты его личика, но невероятным образом угадывается вселенская тоска и недетская серьёзность в его глазах. Ниже – стихи безвестного поэта.

    Я – ребёнок, не родившийся на свет.
    Я – безродная душа по кличке «НЕТ».
    Я – колючий холодок в душе врача,
    Узелок, людьми разрубленный сплеча.

    Пусть же будет вам легко, отец и мать
    Жить, как все и ничего не понимать.
    Всё равно я вас люблю сильнее всех,
    Даже если вы забыли этот грех.

    Старушка, поджав сморщенные губы, сурово и сокрушённо качает головой. Тяжело дышащий пожилой мужчина наклоняет голову, пряча лицо и, будто, тихо произносит: «Слишком поздно…»

    Несчастная женщина ничего не слышит, её взгляд неотрывен от младенца. Губы что-то шепчут, а в обезумевших выплаканных глазах отчаянная мольба: «Прости, прости меня сыночек…».

    Потрясённый глубиной чужого горя, я вышел из метро и долго глядел в ночное небо. Было слишком поздно…

    Задумавшись, пошёл пешком, игнорируя последний троллейбус. Чёрная туча застилала звёзды, которые мерцали надёжно и приветливо, утверждая незыблемые законы мироздания. Но чувство вины, досады, невозвратности ошибок ценою в жизни поражали ещё сильнее. Все мы соучастники преступлений!

    Ласковый майский ветерок приятно холодил щёки, свежий воздух дышал весной… Вдруг хлынул дождь, внезапно погасли уличные фонари. И как сияющими буквами на чёрном небе, вспыхнули в моём сознании слова из когда-то невзначай прочитанной книги:

    «… пока жив человек, нет такой ошибки, которую он не может исправить искренним глубоким покаянием и добрыми делами, смирением и жертвенным самоотречением от земных страстей – праведной жизнью христианской».

    Да, уже слишком поздно, и многое нельзя возвратить, но ...

    ЕЩЁ НЕ ПОЗДНО всё начать сначала этой кающейся женщине. Ведь она ещё сможет родить – дать жизнь человеку. А если уже это для неё невозможно по состоянию здоровья, то значит, она сможет усыновить того малыша, у которого нет родителей, и отдать ему своё нерастраченное материнское тепло.

    – Ещё не поздно! Вы слышите, ещё не поздно!!!

    Наверх


    Чёрный ворон


    Задушевную русскую народную песню «Чёрный ворон» слышал я в разных вариациях с детства. И первый куплет её всегда звучал примерно так:

    «Чёрный ворон,
    Чёрный ворон,
    Что ты вьёшься
    Надо мной,
    Ты добычи не добьёшься,
    Чёрный ворон, я не твой.»

    Бессчётное число раз бегали мы, пацаны, в районный Дом культуры, чтобы посмотреть кинофильм «Чапаев». И казалось нам, что напевавший эту песню легендарный начдив, сам же её и придумал до того, как геройски погибнуть в холодных водах Урала.

    Но встрепенулся я, первоклашка, услышав однажды, как «Чёрного ворона» напевает друг моего дедушки-врача Анатолий Алексеевич Мельников. Меня тогда начали брать с собой на рыбалку, и я ликовал, когда старички были рядом. Ведь это означало: костёр, чай из закопчённого солдатского котелка и… негромкие протяжные песни.

    Мельникову было уже семьдесят лет, на два года больше, чем моему деду. И вот, вдосталь напившись плиточного чая, и побаловавшись самокруткой, укладывался бывший фронтовик на бок. Затем подперевшись искалеченной на двух войнах рукой и топорща совершенно прокуренные дремучие усы, напевал:

    «Чтой ты когти распускаешь
    Надо моею головой?
    Иль добычу во мне чаешь,
    Чёрный ворон,
    Я не твой.»

    Потом я окончил школу и, поступив в институт, увлёкся походами. Ясное дело – где походы, там и гитара, ну, а раз гитара, то не пропускали мы и ни одного бардовского концерта. Однажды приезжает Жанна Бичевская, и вновь я слышу:

    «Отнеси платок кровавый
    Милой любушке моей,
    Ей скажи – она свободна,
    Я женился на другой.»

    Пела мисс Оригинальность несколько иначе, чем другие, да и слова были не совсем те, что слышал я раньше. И подумалось мне, Бичевская - в поисках исконного, ранннего варианта народной песни… Да всё равно чего-то не достаёт:

    «Калена стрела венчала
    Среди битвы роковой,
    Вижу смерть моя приходит,
    Но Черный ворон, я не твой.»

    И вот однажды во время летних каникул перебирал я отцовские книги, искал ноты. Дело в том, что имея за плечами музыкальную школу, аккомпанировал я на рояле скрипачам на институтских самодеятельных концертах. На скрипке чаще всего играла Наташа Устинова, моя однокурсница - девушка с такой золотисто-огненной причёской, что казалось, вот-вот вспыхнет.
    И нашёлся нужный мне сборник, а заодно невзначай обнаружилось раритетное издание 1912 года «Песни ямщиков сибирского тракта». Открываю и не верю своим глазам. Вот он – «Чёрный ворон»! А первые куплеты такие:

    «Под ракитою зелёной
    Русский раненый лежал
    И к груди насквозь пронзённой
    Крест свой медный прижимал

    Кровь лилась из малой ранки
    На истоптанный песок.
    Над ним вился чёрный ворон,
    Чуя лакомый кусок.»

    И только затем:

    «Чёрный ворон,
    Чёрный ворон…»

    Вот и «Калена стрела венчала нас на битве роковой». Но почему же впоследствии не всё это пелось… Православный крест кому-то мешал?

    Давайте петь песню целиком, как пели её наши предки!

    Новосибирск

    Наверх


    Накануне дня Победы


    Мой дед, Иван Васильевич Попов, погиб на фронте в феврале 1943 года под Сталинградом. Был похоронен в братской могиле. Доподлинно известно, как всё произошло.
    На фронт его не брали из-за плохого зрения, но он записался добровольцем. В тот момент ему шёл тридцать девятый год.

    Во время разгрома немецких фашистов под Сталинградом образовалось множество локальных колец, в которые попадали наши части. В одном из таких колец оказался мой школьный учитель Сергей Иванович Калентьев. Он чудом вырвался, захватив вражеский грузовик. В подобное окружение угодил и мой дед, он тоже прорвался, но был тяжело ранен навылет в грудь.

    Ранним утром повозка с ранеными проезжала по саду, который оказался заминированным, и всё взлетело на воздух. В живых остался лишь искалеченный возница.

    Получив похоронку, овдовевшая Нина Борисовна, много дней безутешно рыдала. Всю войну она в одиночку воспитывала четырёх детей, в том числе мою будущую мать. Второй раз тридцатилетняя вдова выходить замуж не захотела.

    …Через два года после окончания войны в село Смоленское Алтайского края, где проживала семья Поповых, приехал инвалид. У него не было обеих ног. Это и был тот самый возница, который перевозил раненых. Остаток жизни он посвятил поиску родственников воинов, которые лежат в братской могиле. Этот инвалид разыскал Нину Борисовну и рассказал о том, как погиб её муж.

    Сейчас моей бабушке девяносто первый год. У неё до сих пор светлая голова и прекрасная память. Она бережно хранит все фронтовые письма мужа и пожелтевшие боевые фотографии.

    Шестьдесят лет назад отгремела Сталинградская битва. Пятьдесят восемь лет назад закончилась Великая Отечественная война. Через каждую семью прошла эта великая беда. В каждой семье найдутся погибшие и искалеченные на той войне.

    Давайте, вспомним о них.

    Наверх


    Вот такие дела!


    У меня в руках старинная, изрядно пожелтевшая фотография, датированная 1892 годом. Благообразный старец находится в окружении своего многочисленного семейства. Это православный священник Вологодской губернии Иннокентий Костромитин. Рядом его сын – Александр Иннокентьевич, работающий писарем, внук Василий – сын Александра, чада и домочадцы.

    Думал ли о. Иннокентий, что ровно через десять лет этот несмышлёныш Василий будет сослан в Сибирь, в небольшой уездный городок Каинск Томской губернии, за сочувствие революционерам. Именно оттуда его призовут на русско-японскую войну, а после полученной контузии демобилизуют, но запретят возвращаться на Вологодчину.

    Впрочем, нет худа без добра, ведь именно здесь он познакомится с молодой голубоглазой учительницей Наташей Туевой, которая до конца останется спутницей его жизни. Они поженятся. Сам Василий чуть позже будет назначен на должность главного лесничего, вскоре родится дочь Антонина, которая пойдёт по стопам матери, став педагогом.

    Именно здесь, в Сибири, Тоня найдёт себе мужа, молоденького врача Петра Скворцова, отец которого Николай Евграфович работал управляющим железнодорожной станции города Татарска. В 1925 году Антонина Васильевна родит сына Владимира…

    Владимиру Петровичу шёл тридцатый год, когда он зачем-то поехал в Томск. В его вагоне ехали девушки – учащиеся новосибирского геодезического техникума. С одной из них, просто одетой, полненькой Надей Поповой, он невзначай разговорился. Рассказал о себе, о том, что недавно окончил томское музыкальное училище, где проучился в общей сложности семь лет. Сначала по классу скрипки, а затем на дирижёрско-хоровом отделении.

    Оказалось, что Надя возвращается с каникул от мамы Нины Борисовны, проживающей с родителями в селе Смоленское Алтайского края. Отец же, Иван Васильевич, погиб на фронте и похоронен в братской могиле. А в далёкой Москве живёт почти столетний прадед девушки - Трофим Сергеевич Шеханов, коренастый низкорослый старик с белоснежной бородой до пояса.

    Дедушка Надежды, Борис Трофимович Шеханов, сын старины Трофима, тоже далеко не молод, но на удивление крепок, работящ и никогда ничем не болеет. А вот бабушка Пелагея Ивановна (в девичестве Рощина) давно уже страдает астмой, плохо ходит.

    Разговаривают Володя с Надей и не замечают ни стука колёс о стыки рельсов, ни мелькания перелесков в окне вагона, ни подруг Надиных, что сидят рядышком на скамейках. Воркуют да сами же и удивляются: вот так разоткровенничались! Всю родословную друг дружке рассказали!

    Поженились они через год, а ещё через два года родился сын, которого назвали Борисом в честь прадеда, который первым сообщил всем о пополнении семейства. И надо же такому приключиться – это был я.

    Сына мы с женой Ириной назвали Иваном, как его прадеда, погибшего под Сталинградом в 1943 году. Так и Ирининого отца зовут. Старшая сестрица у Иванушки есть – Алёнушка. А крещён был Иванушка на шестой неделе отроду в день святого Иоанна Русского 9 июня 2000 года. В прошлом веке…

    Держу в руках старинную фотографию. На ней запечатлены предки. Их интеллигентные умные лица смотрят на нас сквозь года и заставляют задуматься – кто мы, откуда вышли, куда идём.

    Наверх


    Код для вставки анонса в Ваш блог

    Точка Зрения - Lito.Ru
    Борис Скворцов
    : О жизни. Сборник рассказов.

    15.04.05
    <table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/bskvor>Борис Скворцов</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/sbornik/1342>О жизни</a>. Сборник рассказов.<br> <font color=gray> <br><small>15.04.05</small></font></td></tr></table>


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Борис Скворцов: О жизни»:

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!





    НАШИ ПАРТНЁРЫ



    Журнал «Контрабанда»





    Издательский проект «Современная литература в Интернете»





    Студия «Web-техника»





    Книжный магазин-клуб «Гиперион»





    Союз писателей Москвы





    Фонд социально-экономических и интеллектуальных программ





    Илья-премия



    Поэтический альманах «45-я параллель»

    Поэтический альманах
    «45-я параллель»





    Литературное агентство «Русский автобан»

    (Германия)


    О проекте:
    Регистрация
    Помощь:
    Info
    Правила
    Help
    Поиск
    Восстановить пароль
    Ожидают публикации
    Сервис:
    Статистика
    Люди:
    Редакция
    Писатели и поэты
    Читатели по алфавиту
    Читатели в порядке регистрации
    Поэты и писатели по городам проживания
    Поэты и писатели в Интернете
    Lito.Ru в "ЖЖ":
    Дневник редакции
    Сообщество
    Писатели и поэты в ЖЖ
    Публикации:
    Все произведения
    Избранное
    По ключевым словам
    Поэзия
    Проза
    Критика и публицистика
    Первый шаг
    История:
    1990 - 2000
    2000 - 2002
    2002 – 2003
    Книги
    Online:
    Новости
    Блоги
    Френд-лента
    Обсуждение
    Вебмастеру:
    Ссылки
    HTML-конвертер
    Наши баннеры
    как окупить сайт

    Offline:
    Петербург
    Одесса
    Минск
    Нижний Новгород
    Абакан
    Игры:
    Псевдоним
    Название романа
    Красный диплом
    Поздравление
    Биография писателя
    Все игры
    Информация:


    Rambler's Top100 Яндекс цитирования Dleex.com Rating