Эта дискуссия сейчас очень актуальна. "Литературная газета" в своем предновогоднем номере начала ее. Юрий Поляков опубликовал статью с рассуждениями на эту тему. Он - специалист по фронтовой поэзии и рассуждает с точки зрения поэта-профессионала, анализируя тексты Олега Газманова и показывая их профнепригодность. Другие читатели и авторы "Литературки" откликнулись и написали свои статьи и отзывы. Программа Третьякова "Что делать?" была посвящена этой же теме. В программе участвовали Ю. Поляков, А. Градский, В. Дашкевич и другие.
Иван Рассадников ставит те же вопросы. Что лучше -цензура денег или цензура идеологии? Судя по авторской интонации и заголовку статьи, он считает, что цензура денег намного хуже.
Лично я в наибольшей степени разделяю его взгляды в последней части статьи, где речь идет о худсоветах, отсеивающих профнепригодных исполнителей и авторов на телевидении и радио. Что касается авторской песни и русского рока - у меня свое мнение на этот счет. Но здесь я подробно развивать свои мысли не буду, я это сделала в своих собственных статьях на эти же темы.
Редактор литературного журнала «Точка Зрения», Наталия Май
Песни, как ни банально прозвучит, бывают разные. По-разному пишутся, поются, живут, забываются и воскресают из забвения (и такое случается – но, увы, всё реже). Судьба песенного жанра в последние десятилетия складывается непросто, но тенденции различимы невооружённым глазом стороннего наблюдателя…
Тут бы и воскликнуть: больше, больше песен – хороших и разных! А эхо бы отозвалось: «халва, халва!»
Когда во главу угла (не суть важно, какого именно) беззастенчиво водружается Прибыль – больше и быстрее – как фактор единственный, абсолютный и решающий, все системы, существовавшие прежде по иным законам, претерпевают схожие деформации и колебания.
Современная российская популярная музыка, как раздел массовой культуры, триедина; её составные части – авторская песня, рок- и поп-музыка. Развитие каждого из троицы жанров в наше запутанное время проистекает по своим запутанным траекториям, но порою видится, что само слово «развитие» мало подходит для качественного описания процессов в медиа-пространстве и смежных с ним областях.
Хобби: езда за туманом
Судьба авторской песни как профессионального рода деятельности, ставшей сегодня уделом немногих «раскрученных» бардов, в основном – сделавших себе всесоюзное имя ещё в 70-е – 80-е и, благодаря багажу былой известности, доселе собирающих залы и зальчики – кто совсем камерные, кто – побольше и посолиднее, схожа с судьбой лишённой издательских перспектив поэзии – за исключением упомянутых счастливцев, число коих и впрямь невелико, остальной контингент авторов-исполнителей, вне зависимости от качества создаваемых стихов и мелодий, принуждён посвящать своему хобби свободное от основной работы время – как это с ними, хобби, обычно и случается. Клубная культура, служащая подспорьем и палочкой-выручалочкой для малоизвестных рок-коллективов, к бардовской песне осталась равнодушна.
Массовые и не очень фестивали (Грушинский, как и прежде, впереди планеты всей – наделённый символическим статусом, наподобие воинского знамени героической дивизии или пышного родового герба императорской фамилии – он немудрёным митяевским «Как здорово, что все мы здесь…» венчает настоящее с прошлым – традиция, из которой прорастает надежда на будущее; насколько надежда эта обоснована – другой вопрос), приносят участникам разве что моральное удовлетворение вкупе с радостью творческого общения – а чего ещё желать поющему поэту? Что там Гомер! – ни прованские трубадуры, ни славные барды кельтов помыслить не могли о возможности фонографов…
Пускай блистает неоном алчущий злата шоу-бизнес – сегодняшним бардам, как и родителям их, как и учителям – турпоходы, брусничный чай, гитары у костра, слова песни, буковки аккордов на случайных тетрадных листочках; флёр романтики, пусть она сегодня до ужаса немодна (никого не зазовёшь за туманом, а компакт-диски выходят редко и далеко не у всех) и неувядающая истина о том, что едва ли нам дано предугадать, где и по какому поводу отзовётся единожды спетое под гитару наше доброе слово. Хорошо – остаётся вовремя изобретённый формат mp3, в котором ныне живёт, дышит и летает по свету отторгнутая шоу-бизнесом в доску нерыночная авторская песня.
Краеугольный камень вне формата
Рок-музыки, как целостного явления, сегодня не существует. Что вместо неё? – спросите вы. Как и прежде – хайвэй да андеграунд, сиречь столбовая дорога и подполье. Русский рок, как явление, набравшее силу к началу 80-х, перешагнув же их середину – научившееся запросто собирать стадионы, был умело использован (экая силища!) ушлыми катализаторами полит-протеста. Параллельно, а особенно после крушения советской державы, история рок-движения обрастала мифами чуть ли не со скоростью истории древнегреческой .
И «не пущали», и «запрещали» (запрещали, уточним, «системным» ансамблям петь исключительно собственные песни – филармоническим коллективам следовало согласовывать репертуар, а как иначе?), и ЛИТО «зверствовало»…, престранное случалось зверство: к примеру, в ленинградском рок-клубе из текстов вымарывали картёжную терминологию (кроме шуток, объясните – кому мог повредить Майк Науменко, спой он в «Прощай, детка» про спрятанного в рукаве туза, а не про грозу и старый макинтош?), но мифов о том времени в медиа-пространстве гуляет куда больше, чем достоверных фактов.
Между тем, в СССР во времена полумифических, полуанекдотических «гонений» и «подполий» параллельно андеграундной рок-культуре существовали вполне официальные, профессиональные, «выездные» группы, игравшие не только в Сопоте, но и на «Уэмбли», выпускавшие магнитоальбомы и виниловые диски на «Мелодии»… Летописцы-мифотворцы зачем-то, как в заговоре молчания, ни словом не вспомнят вполне советских рокеров из групп «Автограф», «Диалог», «Цветы» (позднее просто – группа Стаса Намина).
К примеру, в репертуар группы «Диалог» во множестве входили сложные арт-роковые композиции: сюиты, рок-оперы, песни, написанные лидером группы Кимом Брейтбургом на слова таких поэтов, как С.Кирсанов, Арс. Тарковский, Е.Евтушенко – и не только… Помните?
То были капли дождевые, летящие из света в тень.
По воле случая впервые мы встретились в ненастный день… («Ночной дождь»)
Сегодня имя Кима Брейтбурга вновь на слуху: успешный композитор и продюсер сочиняет теперь в несколько ином жанре – Филипп Киркоров поёт его песню про Килиманджаро, а Борис Моисеев, возлюбивший дуэты, – о голубой луне и о Петербурге, по приезде героя обернувшемся, как встарь, Ленинградом. И слова для новых композиций Брейтбурга пишут, как вы понимаете, совсем другие авторы…
Но перейдём к «официально непризнанным». Зачастую «андеграундность» становилась для них частью внутренней позиции, закладною свободы, её золотою гарантией. «Я всегда буду против» – спел Егор Летов и как отрезал – остался верен андеграунду, вступив в НБП, а затем – в 96-м – активно включившись в предвыборную президентскую компанию Геннадия Зюганова (большинство рокеров перед теми выборами ездили по стране, поддерживая совсем другого кандидата).
Многие питерские рокеры, «легализовались» в Ленинградском рок-клубе, том самом, где суровая цензура, как я уже упомянул, не поощряла карточных фокусов, но дышала уже на ладан… Существовала московская рок-лаборатория; звучали «свердловская волна», «сибирская волна». Начались и кончились аншлаги на стадионах. Время изменилось, сегодня всё куда проще и топорнее – чёрно-белая система: «ты в формате – ты король/вне формата – голый ноль». Формат – он почище дряхлой дедушкиной «цензуры»...
В основе русского рока было слово. Поэтическое слово. Краеугольный камень. Пришёл момент – как в шестидесятых, где набитый битком Политехнический – поэт стал трибуном. Стал пророком. Пассионарный взрыв – и востребованным на сей раз оказалось слово рок-поэта – стадионы рукоплескали «Предчувствию гражданской войны», когда в воздухе пахло порохом грядущей неизвестности.
Взошёл пост-андеграунд. В 90-х – стадионные аншлаги новых героев схлынули на нет, словно деньги в карманах «дорогих россиян»; страна треснула по швам, как сами опустелые карманы; шоу делали бизнес, а смыслы, слова, глубина – оказались лишними. Выкатились на обочину.
Кто попроще да поконформнее – пристроился на ТВ супы смаковать; большинство продолжало петь, на ходу выпадая из форматов и ротаций, отданных отныне совсем другой музыке… Появился поп-рок, новые «звёзды» – один звук, без глубины, без экзистенциальной темы, без надрыва…
В какие-то моменты думалось, что рок 80-х давным-давно иссяк, что его никто не помнит, не любит и не знает; потом – постепенно – отлегло: помнят, любят, знают. Помнят Башлачёва. Поют Янку Дягилеву. Молодёжь ставит новые альбомы ДДТ и «Алисы» совсем как мы в их возрасте крутили «Энергию» и «Революцию»…
Русский рок – вне телеэфира, в закутках радийных форматов – живёт и звучит, верен себе – более или менее – а на фоне метаморфоз варваризации и коммерциализации – даже удивительно – краеугольный камень лежит себе на месте. Никому особо не виден, ибо вне формата. Зато и не мешает никому… Ждёт своего часа.
«Перпетуум мобиле» золотого тельца
Если в Стране Советов, строившей, по крайней мере декларативно, свою культурную политику на неких умозрительных муляжах будущего коммунистического общества, предполагавших гармоничное развитие личности в рамках стратегии прогресса и созидания, формировались не сухо-идеологические, а общехудожественные критерии «что такое хорошо и что такое плохо», причём редакционные, художественные и другие советы, руководствуясь простейшими критериями качества, выступали барьером на пути некачественной поп- и рок-продукции (кино-, книго- ит.д.), то с наступлением на исходе 80-х эры эстрадной вседозволенности, качество материала, хлынувшего на ошеломлённого слушателя, упало, как говорится, «ниже плинтуса». Поначалу все эти «два кусочека колбаски» ощутимо резали слух, но неудобство быстро прошло. Слушатель пообвыкся и в скором времени перестал обращать внимание на текстовые несуразицы, ставшие на эстраде нормой.
Поп-музыка, как наименее «серьёзная», сиречь наиболее коммерческая отрасль, целиком легла под широкий фундамент музыкального шоу-бизнеса, индустрии ритмико-мелодических развлечений. 90-е годы явили понятие «проекта», как целиком и полностью продюсерской креатуры. У проекта есть бюджет. Сама профессия продюсера, прижившись на российской почве, подразумевает не то «продюсирование», что на Западе – если там полем деятельности продюсера является постановка звучания, фирменного «саунда» группы/исполнителя, то на плечи продюсера отечественного на период работы детища его – «проекта» – ложится всё – от формирования имиджа артистов, подбора репертуара до организации гастролей и PR-продвижения, «раскрутки». Художественный уровень используемого материала, вне плоскости хитовости и потенциальной коммерческой успешности, может интересовать продюсера, как художника – в том случае, если помимо финансовой составляющей, он решает и собственные творческие задачи, отвечает на некий нетривиальный эстетический запрос.
Заметим, те поп-проекты, создатели коих, работая в поле шоу-бизнеса, привносят в репертуар своих детищ, помимо качественной музыки, глубокую и образную поэзию, часто ассоциируются со старыми ВИА – добротная песня с хорошими умными, искренними, человеческими стихами становится редкостью. Немногие готовы сделать следующий шаг, уйти от простоты поп-шаблона, как, например, Игорь Матвиенко, в ряде случаев сознательно усложняющий образный ряд своих песен (вспомните, например, композицию «Ты узнаешь её» на слова Павла Жагуна, ставшую супершлягером группы «Корни»).
Наиболее знаковые наши ВИА –«Самоцветы», «Земляне», «Пламя» – следуя за ностальгической ретро-волной, снова звучат по радио, появляются в сборных ТВ-концертах со старыми, узнаваемыми работами – и мы вновь можем сравнить день вчерашний с днём сегодняшним и сделать вывод – советская эстрада, как и советское кино, остаётся на три головы выше сегодняшнего типического шоу-бизнеса, подчинённого в первую очередь золотому тельцу, а никак не Аполлону с Эвтерпой, Полигимнимей, Мельпоменой и остальными. Сколь ни радостны исключения, качество стихотворной составляющей «свежеиспечённого» супершлягера – целиком на совести автора и, разумеется, продюсера – а тот вовсе не обязан быть ценителем хорошей поэзии.
На ТВ-каналах, на форматных УКВ-радиостанциях отбор композиций для ротации не предполагает какой-либо объективной оценки текста – вы что, господа? Очнитесь! Капитаны шоу-бизнеса играют по чётким правилам – деньги решают всё. Деньги – формат – деньги. Простейшая система, а глянь-ка –. почти перпетуум мобиле.
Мы можем восхищаться продюсерами, кто оперирует иными, «нерыночными» критериями, но – мы не вправе требовать от каждого отдельно взятого коммерсанта соответствия его продукции сложно формализуемым требованиям. Дискутируется правомерность пения под фонограммы и «минусовки», но и там согласья нет, что же говорить про совсем заоблачное? Голосование рублём, переключателем теле-, радиопрограмм – вот и всё, чем располагает обычный постсоветский россиянин, обладающий (экий анахронизм!) ещё и вкусом…
Вкус? Открой станцию, а лучше музыкальный телеканал. Заведи себе формат, и безвкусица отступит.
Музыкальный шоу-бизнес ничем принципиально не отличается от бизнеса-книгоиздания или бизнеса-кинематографа – золотой телец правит бал самовластно и бесконтрольно. Умный рынок победил.
А что до возрождения (в каком-либо виде) редакционных советов хотя бы на государственных телеканалах – их сиятельство золотой телец тут рискует пострадать. Недополучить. Продолжить цепочку рассуждений? Умная музыка, глубокие тексты – это прелестно! Но, сами понимаете – business.
До тех пор, пока наше государство не проявит политическую волю в столь важном вопросе, как поддержка, возрождение, стимулирование отечественной культуры, в том числе культуры песенной – все декларации, обобщения и дискуссии обречены звучать более или менее стройным хором вопиющих в пустыне…
Код для вставки анонса в Ваш блог
Точка Зрения - Lito.Ru Иван Рассадников: Хит-парады золотого тельца. Критические статьи. Статья о проблемах отечественной эстрадной музыки - авторской песни, "русского рока" и так называемой "попсы". 03.04.07
<table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/ivan_r>Иван Рассадников</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/59308>Хит-парады золотого тельца</a>. Критические статьи.<br> <font color=gray>Статья о проблемах отечественной эстрадной музыки - авторской песни, "русского рока" и так называемой "попсы".<br><small>03.04.07</small></font></td></tr></table>
А
здесь можно оставить свои впечатления
о произведении
«Иван Рассадников: Хит-парады золотого тельца»:
Иван, я с Вами полностью согласен. Все дело в системе, которая формирует именно такой никакушный вкус, такой у нее госзаказ (не просто на деньги ориентировано ширпотребство, а именно на непотребство, на оскотинивание, отупления читателя, зрителя, слушателя). Этой системе не нужны и опасны умные, мыслящие люди с хорошим вкусом, ибо такие люди не потерпят на своей шее воров и предателей, уничтожающих и доедающих страну.
Когда-то мы любили в старом баре
Послушать, что рассказывал бармен.
Напитки шелестели по бокалам
И ждали от клиентов перемен.
Как мухи в молоко, садились буквы
Рассказами на скатерти листа.
У входа невезунчик – руки в брюки, -
Заполнены свободные места.
Ценители чудесных превращений
Цедили фантастическую смесь.
Подсевшие на градус ощущений
Глотали залпом ужасы и месть.
Здесь принято друг друга угощать, -
На вкус и цвет товарищи не злятся.
Охраны нет, - не надо укрощать
До чертиков начитанных страдальцев.
Сегодня в баре новый общепит,
И цены, и бармены, и тусовки.
И печень буквоголика шипит
От жиденькой улицкой и донцовки.
Друг друга угощаем мы все чаще
И даже сами гоним что-нибудь.
На новые напитки рубят чащи,
Гринписову расстраивая грудь.
Ах, если б были вы напитками крутыми
И выдержкой, и вкуса благородством,
Не все, - хотя бы партия бутылей
Разбавила бы массовость уродства.
Но денежки в рецептах книгоделов
Играют часто дрожжевую роль.
И авторы талантливых заделов
Плодят на полках мысленную голь.
Мир меняется, он меняется все быстрее с любой Точки Зрения, в том числе и с культурной. Сейчас нельзя писать стихи как Пушкин, петь как Юрий Кукин и играть на сцене как Раневская - время требует иных подходов. Можно сколь угодно сетовать, что государство не поддерживает культуру, но от сто раз произнесенного слова "халва" во рту слаще не станет. Кто хочет и может - тот делает. В том числе и музыкальную культуру. Есть масса талантливых и энергичных авторов и музыкантов - как эстрадных, так и в жанрах авторской песни, рока, нео-классики и т.д. А веркисердючки всегда были и будут, как есть водка, поскольку ее пьют.
Талантливых музыкантов - очень много. Но подавдляющее большинство их - вне формата, о чём и речь. Государству - для начала - стоит навести порядок на своих ГОСУДАРСТВЕННЫХ телеканалах, кроме него этим заниматься. А сердючки пускай будут - в заштатных варьете, но не на государственных телеканалах в прайм-тайм.
Талантливых музыкантов - очень много. Но подавдляющее большинство их - вне формата, о чём и речь. Государству - для начала - стоит навести порядок на своих ГОСУДАРСТВЕННЫХ телеканалах, кроме него этим заниматься. А сердючки пускай будут - в заштатных варьете, но не на государственных телеканалах в прайм-тайм.
Талантливых музыкантов - очень много. Но подавдляющее большинство их - вне формата, о чём и речь. Государству - для начала - стоит навести порядок на своих ГОСУДАРСТВЕННЫХ телеканалах, кроме него этим заниматься. А сердючки пускай будут - в заштатных варьете, но не на государственных телеканалах в прайм-тайм.
Талантливых музыкантов - очень много. Но подавдляющее большинство их - вне формата, о чём и речь. Государству - для начала - стоит навести порядок на своих ГОСУДАРСТВЕННЫХ телеканалах, кроме него этим заниматься. А сердючки пускай будут - в заштатных варьете, но не на государственных телеканалах в прайм-тайм.
Слово "пускай" содержит в себе примитивный смысл - пускай КТО-ТО сделает МНЕ хорошо. Расширилось информационное поле за счет ТВ, Интернета, FM-радио и разнообразной рекламы, вкусы людей дифференцировались гораздо сильнее, чем они были 20 лет назад, когда всех протягивали через игольное ушко 2 государственных телеканалов и четырех центральных газет. Бессмыленно ностальгировать по тем временам, ибо они миновали безвозвратно.
Слово "пускай" содержит в себе примитивный смысл - пускай КТО-ТО сделает МНЕ хорошо. Расширилось информационное поле за счет ТВ, Интернета, FM-радио и разнообразной рекламы, вкусы людей дифференцировались гораздо сильнее, чем они были 20 лет назад, когда всех протягивали через игольное ушко 2 государственных телеканалов и четырех центральных газет. Бессмыленно ностальгировать по тем временам, ибо они миновали безвозвратно.
Слово "пускай" содержит в себе примитивный смысл - пускай КТО-ТО сделает МНЕ хорошо. Расширилось информационное поле за счет ТВ, Интернета, FM-радио и разнообразной рекламы, вкусы людей дифференцировались гораздо сильнее, чем они были 20 лет назад, когда всех протягивали через игольное ушко 2 государственных телеканалов и четырех центральных газет. Бессмыленно ностальгировать по тем временам, ибо они миновали безвозвратно.
Слово "пускай" содержит в себе примитивный смысл - пускай КТО-ТО сделает МНЕ хорошо. Расширилось информационное поле за счет ТВ, Интернета, FM-радио и разнообразной рекламы, вкусы людей дифференцировались гораздо сильнее, чем они были 20 лет назад, когда всех протягивали через игольное ушко 2 государственных телеканалов и четырех центральных газет. Бессмыленно ностальгировать по тем временам, ибо они миновали безвозвратно.
Существует такое понятие, как художественный уровень. Соответственно, существуют вкус хороший и дурновкусие. Эти вещи абсолютны. А прошлое в нашей памяти живёт не для того, чтобы ностальгировать, а для того, чтобы сравнивать и учиться. Так вот, после сравнения напрашивается слово "регресс" (это если говорить о словах печатных), и по мне пусть лучше будет 2 канала развивающих и просвещающающих , чем 22 болванящих (как сейчас)
Существует такое понятие, как художественный уровень. Соответственно, существуют вкус хороший и дурновкусие. Эти вещи абсолютны. А прошлое в нашей памяти живёт не для того, чтобы ностальгировать, а для того, чтобы сравнивать и учиться. Так вот, после сравнения напрашивается слово "регресс" (это если говорить о словах печатных), и по мне пусть лучше будет 2 канала развивающих и просвещающающих , чем 22 болванящих (как сейчас)
Существует такое понятие, как художественный уровень. Соответственно, существуют вкус хороший и дурновкусие. Эти вещи абсолютны. А прошлое в нашей памяти живёт не для того, чтобы ностальгировать, а для того, чтобы сравнивать и учиться. Так вот, после сравнения напрашивается слово "регресс" (это если говорить о словах печатных), и по мне пусть лучше будет 2 канала развивающих и просвещающающих , чем 22 болванящих (как сейчас)
Существует такое понятие, как художественный уровень. Соответственно, существуют вкус хороший и дурновкусие. Эти вещи абсолютны. А прошлое в нашей памяти живёт не для того, чтобы ностальгировать, а для того, чтобы сравнивать и учиться. Так вот, после сравнения напрашивается слово "регресс" (это если говорить о словах печатных), и по мне пусть лучше будет 2 канала развивающих и просвещающающих , чем 22 болванящих (как сейчас)
Полноте, Иван, на прошлых двух каналах развивающего было не больше, чем на нынешних 22, остальное - один сплошной сельский час. А народ смотрел три передачи - Голубой огонек (который, если хорошо подумать не лучше нынешнего аншлага), хоккей и вокруг смеха.
Полноте, Иван, на прошлых двух каналах развивающего было не больше, чем на нынешних 22, остальное - один сплошной сельский час. А народ смотрел три передачи - Голубой огонек (который, если хорошо подумать не лучше нынешнего аншлага), хоккей и вокруг смеха.
Полноте, Иван, на прошлых двух каналах развивающего было не больше, чем на нынешних 22, остальное - один сплошной сельский час. А народ смотрел три передачи - Голубой огонек (который, если хорошо подумать не лучше нынешнего аншлага), хоккей и вокруг смеха.
Полноте, Иван, на прошлых двух каналах развивающего было не больше, чем на нынешних 22, остальное - один сплошной сельский час. А народ смотрел три передачи - Голубой огонек (который, если хорошо подумать не лучше нынешнего аншлага), хоккей и вокруг смеха.
Вернусь-таки к теме статьи, к современной песне –не понял, с чем именно вы спорите; вкратце:
Я далёк от ностальгии, она контрпродуктивна …
Однако, художественный уровень эстрадных номеров «Голубого огонька», «Песни года» и прочих музыкальных ТВ- и радиопрограмм недавнего прошлого, равно как и репертуара филармонических ВИА и певцов на порядок превосходил то, что мы сегодня наблюдаем в «Аншлаге», в той же «Песне года» –выпускаемой ныне компанией АРС, сиречь Игорем Крутым. (Имя подобным программам легион; разве что «Фабрика звёзд» – когда проектом руководили по очереди Матвиенко, Фадеев и Шульгин – смотрелась местами лучше, чем можно было ожидать. Элементарно – повезло с продюсерами, решавшими и творческие, а не только коммерческие задачи).
Вопрос: почему сейчас – по сравнению с эпохой «Голубых огоньков» – плохоньких мелодий и несуразных текстов на эстраде стало несоизмеримо больше? Очевидно: из-за отмены «фильтров» – художественных критериев, худсоветов, редакционных советов – эдакого «song-контроля» – стоит ли выпускать на сцену явное фуфло; похожая situation в поэзии – какие дерьмовые стишата махровых графоманов порою составляют их «поэтические сборники»! Чёрт с ними, с графоманами – они всей стране свои опусы не навязывают; а вот «музыкальные проекты» с агрессивной ротацией низкопробных «хитов» в FM, а соответствующих видеоклипов в телеящике – формируют в обществе мега-матрицу безвкусицы. Маленькая, но характерная деталь: исчезает ПЕРСОНИФИКАЦИЯ исполнителей в составе групп, на сцене “поют“и “танцуют” (кавычки нужны) не люди, а ТИПАЖИ, замена в составе такого коллектива не замечается публикой – разве что таблоиды посмакуют очередной разрыв с садистом- продюсером его бывшей протеже, прежде чем её забудут насовсем … Золотой телец глобален, таблоиды тоже его вотчина…
Причём вообще тут музыка, искусство??? У эллинов лирическая поэзия и песня были тождественны – муза Эвтерпа покровительствовала обоим. А ныне – какая муза “два брильянта, три карата” благословит? :) Лишь тот самый, в заголовок статьи вынесенный….
Обратная ситуация. Многие интересные авторы и исполнители, у которых нет денег на раскрутку (бюджет всякого нового “всероссийского” рок-проекта минимально 300 000 долларов, поп-проекты от 500-600 тыс.), остаются “за бортом”.
Даже заслуженные рокеры, наподобие, скажем, “Калинова моста” в телеэфире отсутствуют. “Пикник”, “Телевизор”, “Чёрный Лукич”, “Инструкция по выживанию”… нет их в медиа-пространстве кроме, может быть, “Нашего радио” – формат узок; а более молодые и на “Нашем” не появляются. Масса великолепных музыкантов занимаются высоким искусством – не побоюсь этого слова, – оставаясь в полной… магриналии.
Безвкусие вместо вкуса: следовательно, в проигрыше страна.
А должно быть просто: формат = качество.
Надежд на перелом ситуации, на возрождение государственной культурной политики при нынешнем «формате» «государственного мышления» власти не вижу; в ближайшее время ничего не изменится – ни в песенном жанре, ни в том же художественном книгоиздании…
Слово «халва» как залог сладости мне голословно приписывать не надо – хотя аллегорическую сию халву я попробовать не прочь. Но…
Пир вестготов на развалинах Колизея экономически целесообразен.
Вот и всё.
Вернусь-таки к теме статьи, к современной песне –не понял, с чем именно вы спорите; вкратце:
Я далёк от ностальгии, она контрпродуктивна …
Однако, художественный уровень эстрадных номеров «Голубого огонька», «Песни года» и прочих музыкальных ТВ- и радиопрограмм недавнего прошлого, равно как и репертуара филармонических ВИА и певцов на порядок превосходил то, что мы сегодня наблюдаем в «Аншлаге», в той же «Песне года» –выпускаемой ныне компанией АРС, сиречь Игорем Крутым. (Имя подобным программам легион; разве что «Фабрика звёзд» – когда проектом руководили по очереди Матвиенко, Фадеев и Шульгин – смотрелась местами лучше, чем можно было ожидать. Элементарно – повезло с продюсерами, решавшими и творческие, а не только коммерческие задачи).
Вопрос: почему сейчас – по сравнению с эпохой «Голубых огоньков» – плохоньких мелодий и несуразных текстов на эстраде стало несоизмеримо больше? Очевидно: из-за отмены «фильтров» – художественных критериев, худсоветов, редакционных советов – эдакого «song-контроля» – стоит ли выпускать на сцену явное фуфло; похожая situation в поэзии – какие дерьмовые стишата махровых графоманов порою составляют их «поэтические сборники»! Чёрт с ними, с графоманами – они всей стране свои опусы не навязывают; а вот «музыкальные проекты» с агрессивной ротацией низкопробных «хитов» в FM, а соответствующих видеоклипов в телеящике – формируют в обществе мега-матрицу безвкусицы. Маленькая, но характерная деталь: исчезает ПЕРСОНИФИКАЦИЯ исполнителей в составе групп, на сцене “поют“и “танцуют” (кавычки нужны) не люди, а ТИПАЖИ, замена в составе такого коллектива не замечается публикой – разве что таблоиды посмакуют очередной разрыв с садистом- продюсером его бывшей протеже, прежде чем её забудут насовсем … Золотой телец глобален, таблоиды тоже его вотчина…
Причём вообще тут музыка, искусство??? У эллинов лирическая поэзия и песня были тождественны – муза Эвтерпа покровительствовала обоим. А ныне – какая муза “два брильянта, три карата” благословит? :) Лишь тот самый, в заголовок статьи вынесенный….
Обратная ситуация. Многие интересные авторы и исполнители, у которых нет денег на раскрутку (бюджет всякого нового “всероссийского” рок-проекта минимально 300 000 долларов, поп-проекты от 500-600 тыс.), остаются “за бортом”.
Даже заслуженные рокеры, наподобие, скажем, “Калинова моста” в телеэфире отсутствуют. “Пикник”, “Телевизор”, “Чёрный Лукич”, “Инструкция по выживанию”… нет их в медиа-пространстве кроме, может быть, “Нашего радио” – формат узок; а более молодые и на “Нашем” не появляются. Масса великолепных музыкантов занимаются высоким искусством – не побоюсь этого слова, – оставаясь в полной… магриналии.
Безвкусие вместо вкуса: следовательно, в проигрыше страна.
А должно быть просто: формат = качество.
Надежд на перелом ситуации, на возрождение государственной культурной политики при нынешнем «формате» «государственного мышления» власти не вижу; в ближайшее время ничего не изменится – ни в песенном жанре, ни в том же художественном книгоиздании…
Слово «халва» как залог сладости мне голословно приписывать не надо – хотя аллегорическую сию халву я попробовать не прочь. Но…
Пир вестготов на развалинах Колизея экономически целесообразен.
Вот и всё.
Вернусь-таки к теме статьи, к современной песне –не понял, с чем именно вы спорите; вкратце:
Я далёк от ностальгии, она контрпродуктивна …
Однако, художественный уровень эстрадных номеров «Голубого огонька», «Песни года» и прочих музыкальных ТВ- и радиопрограмм недавнего прошлого, равно как и репертуара филармонических ВИА и певцов на порядок превосходил то, что мы сегодня наблюдаем в «Аншлаге», в той же «Песне года» –выпускаемой ныне компанией АРС, сиречь Игорем Крутым. (Имя подобным программам легион; разве что «Фабрика звёзд» – когда проектом руководили по очереди Матвиенко, Фадеев и Шульгин – смотрелась местами лучше, чем можно было ожидать. Элементарно – повезло с продюсерами, решавшими и творческие, а не только коммерческие задачи).
Вопрос: почему сейчас – по сравнению с эпохой «Голубых огоньков» – плохоньких мелодий и несуразных текстов на эстраде стало несоизмеримо больше? Очевидно: из-за отмены «фильтров» – художественных критериев, худсоветов, редакционных советов – эдакого «song-контроля» – стоит ли выпускать на сцену явное фуфло; похожая situation в поэзии – какие дерьмовые стишата махровых графоманов порою составляют их «поэтические сборники»! Чёрт с ними, с графоманами – они всей стране свои опусы не навязывают; а вот «музыкальные проекты» с агрессивной ротацией низкопробных «хитов» в FM, а соответствующих видеоклипов в телеящике – формируют в обществе мега-матрицу безвкусицы. Маленькая, но характерная деталь: исчезает ПЕРСОНИФИКАЦИЯ исполнителей в составе групп, на сцене “поют“и “танцуют” (кавычки нужны) не люди, а ТИПАЖИ, замена в составе такого коллектива не замечается публикой – разве что таблоиды посмакуют очередной разрыв с садистом- продюсером его бывшей протеже, прежде чем её забудут насовсем … Золотой телец глобален, таблоиды тоже его вотчина…
Причём вообще тут музыка, искусство??? У эллинов лирическая поэзия и песня были тождественны – муза Эвтерпа покровительствовала обоим. А ныне – какая муза “два брильянта, три карата” благословит? :) Лишь тот самый, в заголовок статьи вынесенный….
Обратная ситуация. Многие интересные авторы и исполнители, у которых нет денег на раскрутку (бюджет всякого нового “всероссийского” рок-проекта минимально 300 000 долларов, поп-проекты от 500-600 тыс.), остаются “за бортом”.
Даже заслуженные рокеры, наподобие, скажем, “Калинова моста” в телеэфире отсутствуют. “Пикник”, “Телевизор”, “Чёрный Лукич”, “Инструкция по выживанию”… нет их в медиа-пространстве кроме, может быть, “Нашего радио” – формат узок; а более молодые и на “Нашем” не появляются. Масса великолепных музыкантов занимаются высоким искусством – не побоюсь этого слова, – оставаясь в полной… магриналии.
Безвкусие вместо вкуса: следовательно, в проигрыше страна.
А должно быть просто: формат = качество.
Надежд на перелом ситуации, на возрождение государственной культурной политики при нынешнем «формате» «государственного мышления» власти не вижу; в ближайшее время ничего не изменится – ни в песенном жанре, ни в том же художественном книгоиздании…
Слово «халва» как залог сладости мне голословно приписывать не надо – хотя аллегорическую сию халву я попробовать не прочь. Но…
Пир вестготов на развалинах Колизея экономически целесообразен.
Вот и всё.
Вернусь-таки к теме статьи, к современной песне –не понял, с чем именно вы спорите; вкратце:
Я далёк от ностальгии, она контрпродуктивна …
Однако, художественный уровень эстрадных номеров «Голубого огонька», «Песни года» и прочих музыкальных ТВ- и радиопрограмм недавнего прошлого, равно как и репертуара филармонических ВИА и певцов на порядок превосходил то, что мы сегодня наблюдаем в «Аншлаге», в той же «Песне года» –выпускаемой ныне компанией АРС, сиречь Игорем Крутым. (Имя подобным программам легион; разве что «Фабрика звёзд» – когда проектом руководили по очереди Матвиенко, Фадеев и Шульгин – смотрелась местами лучше, чем можно было ожидать. Элементарно – повезло с продюсерами, решавшими и творческие, а не только коммерческие задачи).
Вопрос: почему сейчас – по сравнению с эпохой «Голубых огоньков» – плохоньких мелодий и несуразных текстов на эстраде стало несоизмеримо больше? Очевидно: из-за отмены «фильтров» – художественных критериев, худсоветов, редакционных советов – эдакого «song-контроля» – стоит ли выпускать на сцену явное фуфло; похожая situation в поэзии – какие дерьмовые стишата махровых графоманов порою составляют их «поэтические сборники»! Чёрт с ними, с графоманами – они всей стране свои опусы не навязывают; а вот «музыкальные проекты» с агрессивной ротацией низкопробных «хитов» в FM, а соответствующих видеоклипов в телеящике – формируют в обществе мега-матрицу безвкусицы. Маленькая, но характерная деталь: исчезает ПЕРСОНИФИКАЦИЯ исполнителей в составе групп, на сцене “поют“и “танцуют” (кавычки нужны) не люди, а ТИПАЖИ, замена в составе такого коллектива не замечается публикой – разве что таблоиды посмакуют очередной разрыв с садистом- продюсером его бывшей протеже, прежде чем её забудут насовсем … Золотой телец глобален, таблоиды тоже его вотчина…
Причём вообще тут музыка, искусство??? У эллинов лирическая поэзия и песня были тождественны – муза Эвтерпа покровительствовала обоим. А ныне – какая муза “два брильянта, три карата” благословит? :) Лишь тот самый, в заголовок статьи вынесенный….
Обратная ситуация. Многие интересные авторы и исполнители, у которых нет денег на раскрутку (бюджет всякого нового “всероссийского” рок-проекта минимально 300 000 долларов, поп-проекты от 500-600 тыс.), остаются “за бортом”.
Даже заслуженные рокеры, наподобие, скажем, “Калинова моста” в телеэфире отсутствуют. “Пикник”, “Телевизор”, “Чёрный Лукич”, “Инструкция по выживанию”… нет их в медиа-пространстве кроме, может быть, “Нашего радио” – формат узок; а более молодые и на “Нашем” не появляются. Масса великолепных музыкантов занимаются высоким искусством – не побоюсь этого слова, – оставаясь в полной… магриналии.
Безвкусие вместо вкуса: следовательно, в проигрыше страна.
А должно быть просто: формат = качество.
Надежд на перелом ситуации, на возрождение государственной культурной политики при нынешнем «формате» «государственного мышления» власти не вижу; в ближайшее время ничего не изменится – ни в песенном жанре, ни в том же художественном книгоиздании…
Слово «халва» как залог сладости мне голословно приписывать не надо – хотя аллегорическую сию халву я попробовать не прочь. Но…
Пир вестготов на развалинах Колизея экономически целесообразен.
Вот и всё.
Иван Рассадников: Хит-парады золотого тельца.
