п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Алексей Караковский: Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса (Историко-биографический обзор).. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **











    Внимание! На кону - издание книги!

    Алексей Караковский: Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса.

    Многословия рецензия на эссе Алексея Караковского «Учитель, строящий собор» не потерпит. Сам по себе текст достаточно пространен. И вместе с тем он практически не нуждается в комментариях. Над этим многострочным текстом гордо реет образ настоящего Учителя, педагога с большой буквы, над которым Ангел, как говорится, крылом помахал, готовясь выпустить его в свет в человеческом обличье… Верится сразу и легко в исключительность личности Валерия Фридерикса, и рождается белая зависть к тем, кому встретился на жизненном пути столь необыкновенный Учитель…
    Возможно, этот текст выиграл бы, будь он написан в стиле репортажа или художественного очерка, с живыми голосами участников неподражаемых ЯСЛей, с иллюстрациями, с лирическими отступлениями… Некоторое наукообразие притягивает эссе к земле, не давая ему воспарить в эмпиреях. Однако – не думаю, что выдам страшный секрет Алексея – сложилось так, что это эссе – глава из его диссертации. Самому Алексею не посчастливилось общаться с Учителем – только с его благодарными учениками, в памяти которых, без сомнения, навсегда остался «Пахан». Кстати, это дело «ясливцев», но, по мне, слово «Пахан» совершенно не вяжется с образом Валерия Фридерикса. Отсюда, из первичного целевого предназначения текста, и все особенности стиля, подачи содержимого, длинноты и даже список литературы в конце. Я долго думала, убрать ли список, и решила: пусть будет! Большое счастье, когда в ходе работы над диссертацией студиозусу попадается такой живой и светлый «материал» (хотя это казенное название здесь абсолютно чужеродно!). Мне очень жаль, что диссертация Алексея Караковского так и не увидела свет. А с другой стороны – много ли было в ней прочих «открытий чудных», подобных истории Валерия Фридерикса? На этот вопрос может ответить только сам автор.

    Редактор литературного журнала «Точка Зрения», 
    Елена Сафронова

    Алексей Караковский

    Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса

    Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса

    Случай на конференции

    После окончания Московского педагогического государственного университета я поступил в аспирантуру, чтобы написать и защитить диссертацию о нравах в школьном коллективе. Юношеский максимализм и наивное желание осчастливить несчастных замордованных детишек заставляли меня собирать материал об опыте тех учителей, которые сумели построить отношения с воспитанниками, основанные на доверии и взаимном уважении. Тогда я не знал, что эти категории не измеряются научными критериями. Написанную диссертацию я так и не смог представить Учёному совету. В самой основе этой научной работы была заключена фальшь, не совместимая с моими убеждениями.
    Материалы, однако, остались. Не все из них были мусором — скорее, порочным был сам принцип обобщения информации. Как минимум, одна история, попавшая в мою диссертацию на правах объекта исследования, заставляет меня вновь и вновь вспоминать о ней.
    В 2002 году я был приглашён на педагогическую конференцию в Тулу. В то время я всё ещё верил в своё дело и получал искреннее удовольствие от научных докладов, книг и диссертаций. Когда же объявили «свободный микрофон», на сцену вышла женщина, не имеющая прямого отношения к педагогике (она работала, кажется, экономистом). Рассказала она о школе, которую закончила в конце шестидесятых годов и архив которой сохранила у себя дома. Имя педагога, Валерия Борисовича Фридерикса, никому ничего не говорило, а название общества любителей истории ЯСЛИ — тем более.
    Мне показалось, что её никто не слушал — слишком далека она была от строгой педагогической теории, заставляющей докладчика пользоваться определённой логикой изложения и терминологией. Меня же привлекла в рассказчице её непосредственность, и во время перерыва я подошёл к ней познакомиться. После небольшого разговора Людмила Старостина (так её звали) согласилась предоставить архив для диссертации, и на следующий день я приехал к ней в гости. На изучение документов у меня ушло несколько дней…
    Так я узнал о существовании Заокской средней школы и её завуча — Валерия Борисовича Фридерикса — Заслуженного учителя Российской Федерации, Отличника народного образования СССР, Отличника просвещения РСФСР, кавалера пяти правительственных наград.


    Школа начинается с яслей

    Ядро архива составляли малосущественные, на первый взгляд, мелочи — нарисованные цветными карандашами и фломастерами приглашения на ежегодные собрания участников ЯСЛИ (в дальнейшем я буду использовать самоназвание «ясливцы»), тексты стихов и песен, появившихся внутри общности, различные анкеты и опросы, а также — подробная летопись клуба, ведущаяся с 1962 года до наших дней. Настоящим подарком оказались так называемые «диссертации на соискание магистра (бакалавра) ясливских наук», в шутку защищённые «ясливцами» в 1996 году на одном из ежегодных сборов. За всем этим стояла жизнь людей, которые были интересны сами по себе, и о которых Фридерикс, выйдя на пенсию, с гордостью говорил: «У меня более 2000 выпускников. На самом деле удивительные есть ребята, но ведь долго об этом рассказывать придется… Среди моих выпускников есть адмирал, доктор технических наук Володя Лаврухин, очень любил стихи и был членом ЯСЛИ. Были и две девочки, Надя Веникова и Люда Берестева, которые после рассказа о моём учителе, знавшем наизусть «Войну и мир», решили выучить «Евгения Онегина». И ведь выучили! Однажды мы шли пешком из Михайловского, и девочки читали Пушкина. Так и вошли в Пушкинские горы, окруженные толпой паломников, под чтение романа. Сейчас одна — врач, а другая — учитель, работает в школе №1 города Серпухова. Был один мальчик, хулиганистый такой, я за него бился, сейчас — работает в ГАЗПРОМе. Некоторые нынешние учителя Пущинской экспериментальной школы — мои ученики. Много их, любимых… Но любимый ученик и любимчик — это разные вещи. Я очень ценю в учениках любознательность, чувство поиска, и мне кажется, что счастье в том, что у меня были такие ученики».
    Валерий Борисович Фридерикс был необычен во всём. На фотографии мы видим человека с бородкой, в берете, с внимательным доброжелательным взглядом. Этнический немец, учитель истории в четвёртом поколении, он родился в 1931 году в Серпухове. Окончив школу с золотой медалью, Фридерикс поступил на исторический факультет Московского государственного университета. Незадолго до окончания МГУ Валерий женился на своей однокурснице Евгении Куновой. Как лучшим студентам, им предложили остаться в аспирантуре, но молодые учителя отправились работать в село — в Заокскую среднюю школу Тульской области, чтобы «работать там, где никто не будет мешать».
    «Я задумался: а что я внесу нового? Напишу я диссертацию запросто, защищусь, но это ведь все — документы, а хотелось живой работы. Мне в течение моей трудовой деятельности трижды предлагали: «Ну что тебе стоит, ведь на твоем опыте было защищено несколько кандидатских, две докторских…». Я никогда не пожалел, и сам всегда призывал, что нужно ехать в сельские школы: там мы нужнее, чем в аспирантуре», — говорил впоследствии В.Б. Фридерикс. Нового он действительно не боялся, и по приезду в деревню не только продолжил педагогическое самообразование, но и научился, например, водить трактор.
    В шестидесятые года Заокская средняя школа была типичной сельской школой. Находится она и по сей день в районном центре Заокское, находящемся на расстоянии 63 километров к северу от Тулы. Этот посёлок появился в результате слияния в 1935 году старинной деревни Уньки, села Ивановка и железнодорожной станции Тарусская. В советское время в Заокском построили промышленные предприятия: завод химических изделий (по производству резиновой обуви), швейную фабрику, птицефабрику, типографию. В 1970 году разросшееся Заокское получило статус посёлка городского типа.
    «Первые уроки были не так страшны и трудны, как я предполагал, но опыта было мало. Я думал, что будет учитель, у которого я всему научусь, и буду хорошо работать, но такового не оказалось, и надо было создавать что-то свое. В дальнейшем я выработал около 25 типов различных уроков. Мне трудно понять; как можно перейти в другой класс и повторить урок? Там же другие дети, микроклимат, состояние души, разный уровень подготовленности. В стремлении к идеальному человеку, учителю я нарисовал круг, разбил его по секторам и вписал; Сергий Радонежский, Григорий Мелехов, Остап Бендер, Павел Корчагин, Антуан де Сент-Экзюпери, Петр Первый, Мама. Каждому отвел место: кому больше, кому меньше. Шли годы — все менялось, я становился серьезнее — ушли Корчагин, Бендер, Экзюпери, наращивался Радонежский, постепенно исчез Петр. Осталось: половина круга Сергий Радонежский, половина — Мама, последние полтора года — весь круг заполнила Мама».
    Фридериксы нужны были в селе и понимали это. «Надо было доказывать не словом, а делом, и еще хотелось живой работы». На новаторские уроки Валерия Борисовича и Евгении Михайловны приезжали перенимать опыт не только педагоги со всей округи, но и журналисты, ученые (в том числе и из МГУ), Тульский пединститут посылал на практику сюда своих дипломников — одного за другим. Кульминацией работы молодого учителя стало создание первого в стране неформального клуба внеклассной работы — общества «ЯСЛИ» (Ядро стойких любителей истории).
    Вот как пишет о возникновении ЯСЛИ выпускник Заокской Средней Школы В. А. Лаврухин в предисловии к своей «диссертации на соискание степени магистра яслизма»: «В теперь уже далеком 1962 году в рядовой провинциальной школе поселка Заокский Тульской области произошло не рядовое событие. Действующие лица этого события не предполагали тогда всей его значимости и масштабности. Но ощущение праздничности, приподнятости духа, чувство соприкосновения к чему-то необычному незримо присутствовали у всех участников происходившего действия. Возможно, о большом будущем этого мероприятия знал или догадывался его инициатор, вдохновитель и организатор, мудрый завуч школы Фридерикс Валерий Борисович. Но, вероятно, и он не в полной мере осознавал перспективу развития своей инициативы. Событие заключалось в создании школьного исторического общества, получившее, после долгих споров, название — ЯДРО СТОЙКИХ ЛЮБИТЕЛЕЙ ИСТОРИИ (аббревиатура — ЯСЛИ) и объединившего старшеклассников, желающих оставить и свой небольшой след в изучении истории нашей Родины. Уже само название — общество, а не традиционно — кружок, сулило что-то необычное и более масштабное. Так оно и оказалось. Можно много рассказывать о содержании работы ЯСЛИ, но это отдельная тема. Главный же феномен общества заключается в том, что оно продолжает функционировать, несмотря на солидный возраст яслистов. Сегодня обществу больше лет, чем было его основателю в 1962 году». Фридерикс с самого начала понимал сложность и важность своей задачи: «Всем нам стало ясно, что рамки обычного школьного кружка становятся тесными. Родилась мысль о создании большого исторического общества, в котором каждый мог бы найти себе дело по душе», — пишет он.
    Создание нового коллектива проходило планомерно. Сначала подобралась инициативная группа, которая начала готовиться к организации нового общества. Потом стала регулярно выходить стенная газета «Историк», выпуски которой были тематическими и были посвящены, каждый в отдельности, общественно-экономическим формациям. «Мимо газет не проходили, читали их с интересом. На каждой газете было написано: «Издатель — ЯСЛИ». И никто из читателей не мог понять, кто же ее выпускает. Интерес к газете, овеянной тайной, рос. Ребята, пытаясь найти ответ на этот вопрос, начинали копаться в книгах и журналах. Спрашивали нас, но мы пока молчали», — писал В.Б. Фридерикс.
    Одновременно шёл процесс упорядочивания деятельности нового общества — силами учеников школы. Нина Петухова, известная в школе как отличная баскетболистка, приглядывалась к ребятам на спортивной площадке: кто из школьных спортсменов может быть кандидатом в общество. Зоя Кривизюк налаживала переписку с интересными людьми. Олег Захаров — по свидетельствам однокашников, ходячая киноэнциклопедия и любитель дальних путешествий — подбирал туристов. Галина Скоморохова разрабатывала устав нового общества, готовила проект герба и гимна. Владимир Лаврухин, страстный любитель моря и поэзии, читавший на школьных вечерах «Двенадцать» Блока и светловскую «Гренаду», взялся за организацию художественной самодеятельности. Словом, общество, несмотря на историческую специализацию, должно было совмещать много направлений деятельности — главным было серьёзное отношение к ней. Постепенно сформировался коллектив единомышленников, и, наконец. «У нас не было «организационного собрания» в том смысле, как его обычно понимают. Никто не поднимался на кафедру и не произносил речей. А просто мы пошли в лес», — писал В.Б. Фридерикс.
    Через несколько дней, 29 октября 1962 года, в день рождения комсомола, школьное историческое общество ЯСЛИ было официально открыто. Но почему именно ЯСЛИ? «Мы не хотели стать тысячным «Романтиком» или сотым «Искателем». Мы улыбались, выслушивая ехидные усмешки в адрес названия нашего общества. Ведь если в яслях малыши впервые учатся познавать мир с помощью взрослых, то в обществе ЯСЛИ мы собирались делать это уже самостоятельно. И не только познавать мир, но и действовать в нем!». ЯСЛИ утвердили устав общества, провозгласив в нём свою цель: «учиться, уметь, учить». Девизом было выбрано крылатое латинское изречение: Nulla dies sine linea! Это означало: «Ни дня без интересного дела». Отзывом на девиз сделали слова припева из старинной французской революционной песни: «Так будет, дело пойдет!».
    Как и во многих других воспитательных системах, в ЯСЛИ были свои детские «ритуалы», иной раз разительно отличающиеся от обычных, советских — например, обычай «круговой молитвы», когда все участники встречи встают в круг и произносят хором текст «молитвы». При вступлении в Общество каждый ясливец приносил Клятву Друга. Кроме того, ЯСЛИ утвердили собственную систему символов принадлежности к обществу: устав общества, девиз, гимн, эмблему, парадную форму с галстуком, флаг и герб. Гербом стало изображение коронарного солнца в момент наивысшей активности. Галстуки самостоятельно сшили из лоскутов ткани жёлтого (символизирующего солнечный свет) и голубого (символизирующего небо) цветов; надевались они, разумеется, почти исключительно в походах.
    Управление Обществом ЯСЛИ осуществлялось следующим образом. Обычно для каждого дела добровольно вызывался руководитель из ребят, выбиравший себе помощников (например, так были назначены казначей, летописец, отдел по переписке). Он же отвечал за выполнение или невыполнение возложенных на себя обязанностей. Формализованной структуры общество почти не имело — за исключением общества Совета ЯСЛИ, самостоятельно принимавшего решения по всем основным вопросам. В.Б. Фридерикс имел право вето на любое решение Совета (к слову, впервые этим правом он воспользовался только в 1988 году и далее также к нему почти не обращался).
    За неполный десяток лет педагогической деятельности В.Б. Фридерикса в Заокской Средней Школе было проведено огромное количество акций. Главной чертой ребятишек Фредерикса стало стремление как можно шире раздвинуть границы привычного мира. Делали они это весело и дерзко, не боясь расстояний и смелых идей.
    Особое внимание уделялось краеведению и походам. Ученики школы посетили могилу командира крейсера «Варяг» В.Ф. Руднева, побывали в усадьбе первого русского агронома А.Т. Болотова, в Музее-усадьбе В. Д. Поленова, в музеях Тарусы, Серпухова, Подольска, Тулы и Белева. Ребята научились брать интервью для школьной газеты, используя не только карандаш, но и фотоаппарат, магнитофон, что в шестидесятых годах для деревни было чем-то выходящим за грань реальности.
    В 1967 году «ясливцы» побывали на родине Льва Толстого, Тургенева и Есенина. Перед поездкой в родное село Сергея Есенина Константиново был организован вечер памяти поэта на первом ночлеге — на высоком берегу Оки. Каждый участник похода читал у костра одно из любимых есенинских стихотворений. В Константиново Фридерикс со своими учениками встретились с сестрой поэта Александрой. Она рассказывала о юности поэта, подарила ребятам свою фотографию. С тех пор «ясливцы» вели с Александрой Александровной дружескую переписку, а стремление увековечить воспоминания очевидцев — как известных людей, так и обычных советских людей — стало фирменным знаком «ясливского» краеведения. К сожалению, судьба этих записей для меня так и осталась загадкой (если они сохранились, то, возможно, хранятся у Евгении Фридерикс).
    В 1968 году группа ребят двинулась в многодневный поход по пяти республикам — России, Белоруссии, Латвии, Литве и Карелии, оставшийся, по-видимому, наиболее масштабным в истории общества ЯСЛИ. Показательно, что во время этого путешествия, несмотря на всю его сложность и длительность, «ясливцы» проявили железную дисциплину. Впрочем, иначе у Фридерикса и быть не могло: при необходимости он умел быть требовательным и жёстким.
    Немалое место и жизни общества заняло и коллекционирование, распределившееся по восьми разделам: значки, монеты, бумажные деньги, репродукции, предметы старины и т.п. Кроме того, общество ЯСЛИ первым в стране начало коллективное коллекционирование книжных знаков (экслибрисов), многие из которых были высокими произведения изобразительного искусства (недаром в этой области работали такие выдающиеся русские художники, как Бенуа, Васнецов, Врубель и другие). Общество ЯСЛИ стало поддерживать связь с клубом экслибрисистов в Москве, пригласившим их на встречу с деятелями клуба в Московском Доме художника. Сельские ребята были потрясены и смущены вниманием и заботой людей, среди которых было немало заслуженных деятелей искусства.
    Фридерикс видел в коллекционировании большое воспитательное значение: «Важнее всего в этом — та увлеченность, которая непременно сопровождает всякое коллекционирование, та наполненность жизни глубоким содержанием, которая постепенно входит в привычку, во внутреннюю потребность». В коллекциях ЯСЛИ были и подлинно ценные экспонаты — например, обрамлённая траурной каймой первая марка с портретом Ленина после его смерти, выпущенная 27 января 1924 года, в 16 часов, в «минуту молчания».
    Проводились также более-менее традиционные для современные школ творческие акции: исторический аукцион, беспроигрышная лотерея, эстрадное представление «ЯСЛИ едут на Луну». Однажды традиционный сбор шутки ради проходил на дне трехметровой снежной пещеры, в глубоком лесном овраге. Вся «операция» проходила под «кодовым названием» «ЯСЛИ пекут блины». Надолго остались в памяти встречи со студентами и преподавателями истфака МГУ, маёвки с пением революционных песен и даже факельные шествия (представьте себе такое в обычном райцентре!).
    В.Б. Фридерикс не принимал участия в разработке «ясливских» акций, он, скорее, следил за соблюдением формата. «Слово «надо» — очень хорошее, мне оно нравится. Оно напоминает человеку о долге», — говорил он. При подготовке творческих дел он требовал внимания к самым незначительным мелочам; при проведении — железной дисциплины (особенно это было критично в туристических походах). К слову, В.Б. Фридерикс перестал ходить в ежегодные походы на озеро Селигер только в 65 лет, когда ему уже стало просто физически тяжело спать в палатке.
    Валерий Борисович называл любимыми писателями Достоевского, Чехова, Бунина; поэтами — Цветаеву, Есенина, Твардовского, Евтушенко. Он считал себя шестидесятником, любил творчество Высоцкого, авторскую песню. Некоторые фразы из его статей выдают хорошее знание западной философии: «Но, скажите, когда работать в школе было легко?! И станем ли мы сытыми и счастливыми, повторяя заветное слово «халява»? Жизнь прекрасна и удивительна в любом случае, и главное в ней не иметь, а быть» (намёк на книгу Эриха Фромма «Иметь или быть»). Фридерикс шокировал селян тем, что в свободное время писал картины, с удовольствием занимался чеканкой, резьбой по дереву; сочинял и учил окружающих сочинять стихи.
    Валерий Борисович всегда подчёркивал, что основной целью для него являются честность и искренность учеников; со своей стороны он старался её достигать за счёт собственной честности, искренности и чувства юмора. Харизму руководителя Общества отмечают все его воспитанники. Особенно трогательны воспоминания девочек: «…у него был пронзительный взгляд: когда он проходил рядом, сердце трепетало». В то же время, отношения В.Б. Фридерикса с учениками школы были «дружескими, вплоть до помощи на огороде» (Л.А. Старостина).
    Замечу, кстати, что, как и в большинстве новаторских школ СССР, Фредерикс не перетруждал себя идеологической работой с воспитанниками, но в совершенстве умел писать отчёты. В этом смысле партийным органам было просто не к чему прикопаться!


    Теория яслизма

    Дело, строго говоря, было не в истории и не в литературе. Учёба была только поводом для общения. Общество ЯСЛИ привлекало ребят особым стилем отношений, невозможным без творческого, активного отношения к жизни, доброжелательности и юмора. Отдельные элементы этой идеологии нашли отражение в «диссертации» В.А. Лаврухина:
    «Всего теория яслизма оперирует семью принципами. Перечислим и изложим и содержание.
    1. Принцип непрерывного эволюционного развития. Он означает, что ЯСЛИ и ясливцы постоянно совершенствуются, систематически работают над повышением уровня своих жизненных, специальных профессиональных знаний.
    2. Принцип историзма. В соответствии с ним, ЯСЛИ развивается в конкретных исторических условиях и само является творцом истории.
    3. Принцип творчества. Он предполагает у ясливцев наличие мышления, которое способно порождать что-то качественно новое.
    4. Принцип согласия, дружбы и любви. Этот принцип не требует комментариев.
    5. Принцип преемственности. Данный принцип требует, чтобы все наработанное за долгие годы ясливцами было передано потомкам.
    6. Принцип авторитарного демократизма. Он примерно звучит так: Пункт первый. ПАХАН всегда прав. Пункт второй. Если ПАХАН не прав, смотри пункт первый.
    7. Принцип традиционализма. Традиции ЯСЛИ нарабатывались годами, и данный принцип предполагает их сохранение и приумножение».
    Общество воспитывало в ребятах самостоятельное мышление и самостоятельное принятие решений, широкий кругозор. Каждый ясливец (во всяком случае, ясливец восьмидесятых-девяностых годов) имел свою точку зрения по любому вопросу культуры и политики. Если один ясливец обучался какой-то творческой деятельности (например, написанию стихов и т.п.), то он с удовольствием делился этим умением с другими. Сохранилась анкета ЯСЛИ, проведённая в 1999 году самим В.Б. Фридериксом, на тему «Кого Вы считаете самыми выдающимися личностями ХХ века?», а также множество хокку и акростихов, написанных «ясливцами» (например, шутливое трёхстишие самого Валерия Борисовича: «В жарком июле // Конкурс АиФ объявился — // Мы хайковали!»).
    Со временем для «ясливцев» (особенно, старших поколений) стала характерна страсть к безудержному производству легенд о самих себе. Эпизоды походов шестидесятых годов передавались изустно, а мельчайшие подробности порождали целую систему «отзвуков», чаще всего предстающих в форме мифов-пародий, как, например, «Праздник Большой Ложки» или «Праздник Ложки Пахана». Однажды в конце 80-х кто-то из «ясливцев» обратил внимание, что уже на протяжении двадцати пяти с лишним лет В.Б. Фридерикс ходит в походы с одной и той же деревянной ложкой, которую он сам же и вырезал. Ложка была немедленно объявлена священной Большой Ложкой, и было назначено «справление» её дня рождения, символизирующее начало туристической деятельности общества «ЯСЛИ».
    У каждого участника общества ЯСЛИ обязательно было какое-то шутливое прозвище. В летописи общества ЯСЛИ и списке наиболее активных участников общества мне встретилось 25 псевдонимов, но в реальности их было, по-видимому, намного больше. Ну а В.А. Лаврухин составил даже свою классификацию прозвищ:
    «Кличка — псевдоним каждого ясливца. Все клички можно разделить на группы:
    - связанные с несбывшимися мечтами ясливцев (конкретные мечты и желания были следующие: ПАХАН — о руководстве воровской шайкой; ДУБЛОН — о большом количестве денег; АДМИРАЛ — стать большим начальником; КРУТОЙ — стать самым крутым бандитом; САНДРА — о карьере знаменитой певицы);
    - характеризующие профессиональные наклонности: ФЕРШАЛ, ЛЕТОПИСКА, БУКВАРЬ, МАЭСТРО, СТРОИТЕЛЬ, ЛЕШИЙ;
    - связанные физическими особенностями: МАЛЫШ, ДЮЙМОВОЧКА.
    - данные в далеком детстве: МАРГО (МАТЬ ТЕРЕЗА), ЛИДО, СЕРЫЙ, СЭМ — в зрелости с добавкой УСАТЫЙ;
    - претендующие на оригинальность: БРОНЗУЛЕТКА, НОВОДЕД, ШАНЕЛЬ, АССОЛЬ, ПУТАНА, ЗАЗНОБА».
    Ещё мне встретились прозвища Монашка и Компьютер, не вошедшие в классификацию В.А. Лаврухина.
    Забавно, что, по словам В.А. Лаврухина, «ясливцам» в небольшом количестве было доступно и запрещённое: «Шило» — веселящий напиток. «Блин», «бляха-муха» — разрешенные слова для выражения своего неудовольствия, используемые ясливцами крайнем случае». Такие послабления помогали вовремя выпускать пар и не допускать конфликтов, но в педагогических журналах об этом (как и прозвищах ясливцев), конечно, не писали.


    «Я строю Шартрский собор»

    К середине шестидесятых годов к Валерию и Евгении Фридериксам пришло всесоюзное признание. Валерий Борисович начинает публиковаться в областных, республиканских изданиях — «Преподавание истории в школе», «Воспитание школьников», «Народное образование», в «Учительской газете». В 1970 году в «Комсомольской правде», в рубрике «Труды и дни сельского учителя» напечатана статья «Исходя из идеала» журналиста, писателя Юлия Файбышенко.
    «Она была нетерпелива, горячилась при опросе, зато при объяснении поражала холодной логикой отбора материала. Он же на уроке — просто перерождался. Я до сих пор с изумлением думаю о том, как он вмещал в сорок пять минут такой невероятный концентрат информации. На уроке, посвященном Петру Великому, можно было узнать и о Людовике IX, и о раскольниках, услышать характеристику Петра, как личности и как монарха, увидеть поднятый вверх огромный петровский пятак и тут же прослушать емкую лекцию по нумизматике. И обязательно… в конце урока — разрядка, например, цитаты из петровских указов, стиль которых заставляет весь класс хохотать…».
    Отработав в Заокской средней школе шестнадцать лет, учителя по семейным обстоятельствам (из-за болезни мамы), уже втроем — в 60-м году родилась дочь Нина — переехали в Серпухов, после чего Фридерикс несколько раз поменял места работы, в результате чего создаются «ЯСЛИ-2» (Дашковская средняя школа) и «ЯСЛИ-3» (Пущино), поддерживающие постоянное взаимодействие с Заокской средней школой. Интересно, что при этом история первого общества ЯСЛИ продолжается — тем более, что столь яркого явления в масштабах села просто-напросто никогда ещё не было. Сообществом интересуются не только все классы школы, но и дети выпускников.
    К концу 70-х педагогическая система Фридерикса была уникальной: её опробовали в условиях села, посёлка и малого города. В 1977 году Валерия Борисовича пригласили в научный городок Пущино, где по 1994 год он работал директором экспериментальной средней школы (сейчас — гимназия «Пущино»). На этом посту Фридерикс активно сотрудничал с Академией педагогических наук СССР. В школу приезжали набираться опыта работники образования всех союзных республик и 27 стран мира, в этой же школе в 1987 году учитель создает клуб единомышленников «Призвание», принципы и традиции которого были закреплены в «Профессиональном кодексе учителя ПЭСШ». С 1980 года ведущим направлением в работе школы стало экологическое образование, и в 1982 году на базе Пущинской экспериментальной средней школы был проведен симпозиум стран СЭВ и Финляндии по теме «Экологическое образование в системе работы школьного коллектива».
    В Пущино педагогический талант Фридерикса раскрылся в новом масштабе. К этому времени Валерий Борисович ощутил, что система комсомольской и пионерской организаций не только неэффективна, но и разваливается на глазах. Нужно было заниматься гражданским воспитанием как-то иначе, и к 35-летию города Валерий Борисович с учениками закончил новую экспозицию школьного историко-этнографического музея «Русь», созданного им за годы работы в ПЭСШ. Музей этот содержал экспонаты не только из окрестностей Пущино, но даже из Якутии; учитель физкультуры М.И.Рогов принёс в музей старинный патефон; планировались экскурсии на английском языке. Однажды, во время ремонта здания, музей даже попытались разграбить, но, к счастью, большинство экспонатов было восстановлено.
    Во всех этих делах Валерий Борисович надеялся только на себя и своих единомышленников. «...Жизнь показала... что нельзя ждать готовых решений от Академии педагогических наук на все случаи: для успешного развития школьного процесса необходимы свои разработки, традиции — своя модель школы...», — писал он. Вскоре из печати вышел стихотворный сборник В.Б.Фридерикса «Вот мы такие», началась работа над «Летописью III тысячелетия» и автобиографической повестью «Мой праздник — школа» (оставшейся неоконченной). Фридерикс чувствовал беспокойство за судьбу своих воспитанников, попавших в сложную историческую эпоху, но верил, что «…только сообща можно преодолеть все проблемы и трудности современности, обогащая себя и помогая другим. Особенно — нашим детям».
    Его учеников разбросало по всему миру, включая Арктику и Антарктиду. Только в школах города Пущино немало учителей, работавших под началом Фридерикса. Четверо из них — Заслуженные учителя Российской Федерации: сменившая Валерия Борисовича на посту директора школы Валентина Александровна Залим, завуч Нина Ивановна Королева, начальник отдела образования администрации города Валентина Павловна Кузнецова, директор пущинской средней школы №3 Нина Павловна Котова, десятки Отличников народного просвещения.
    Уходя на пенсию, Валерий Борисович пригласил на торжество в родную школу не только коллег-учителей, но и своих воспитанников — «ясливцев» и «призванцев». Уже заканчивая свою речь, он рассказал притчу, оставшуюся в памяти всех присутствовавших как некий символический итог его деятельности: «Когда во Франции строили знаменитый Шартрский собор, у трёх рабочих спросили, чем они занимаются. Первый грубо ответил: «Не видишь, что ли, я тащу эту тяжелую тачку с кирпичами, будь она неладна!». Второй рассудительно заметил; «Чтобы как-то жить, кормиться и содержать семью, мне приходится возить кирпичи…». Третий остановился, выпрямился, вытер пот, улыбнулся и с гордостью сказал: «Я строю Шартрский собор». Этой программной речи Фридерикс придавал огромное значение.
    В 1998 году у Фридерикса вышла книга «Годовой круг» — месяцеслов-ежедневник, в которой он собрал полезные житейские сведения, справочный материал, методические рекомендации, а также авторские раздумья о жизни, любви, природе, счастье: «Взамен надоевших шумов, оставшегося позади посёлка постепенно пришли успокаивающие звуки леса… Ветрено, но облаков нет. Мысль заработала спокойней, зародилось и стало шириться чувство просветлённой грусти. Появилось желание быть добрым и мудрым».
    Валерий Борисович умер внезапно, 19 августа 2001 года — вскоре после отмеченного в кругу семьи и выпускников семидесятилетия. Все созданные им объединения продолжили свою деятельность: «Призвание» — под руководством вдовы Валерия Борисовича Е.В. Фридерикс, а Общество ЯСЛИ, превратившееся в клуб воспитанников Фридерикса — под руководством В.А. Лаврухина. После смерти Фридерикса остался огромный семейный архив (сейчас он находится у его вдовы), в том числе ровно семьдесят чеканок — по количеству лет жизни.
    Прошло почти десять лет. С 2002 года я ни разу не общался с Людмилой Старостиной, о Евгении Фридерикс слышал только однажды. Имя Валерия Борисовича всего лишь пару раз упомянуто в Интернете (в основном, на пущинских сайтах). Думаю, что о нём помнят только выпускники и работники школ, в которых он воплощал свои прекрасные мечты. И это очень жаль, потому что среди учителей лишь немногие способны построить свой собственный Шартрский собор.

    Литература:
    Колесникова С., «Я строю Шартрский собор». — в кн.: Пущино: люди и судьбы. К 35-летию города. 1966 — 2001. Подольск, 2001 — с. 39-43.
    Липняк Я.И., «Наша — экспериментальная» («Пущинская среда», №№ 40, 41, октябрь 1999 года).
    География России: Энциклопедический словарь / Гл. ред. А.П. Горкин. — М.: Научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 1998.
    Фридерикс В.Б., Грибы на снегу, — в сб.: После школьного звонка, составитель В. Крамов, Издательство ЦК ВЛКСМ «Молодая Гвардия», 1970.
    Фридерикс В.Б., Годовой круг. Тула: 1998.

    Код для вставки анонса в Ваш блог

    Точка Зрения - Lito.Ru
    Алексей Караковский
    : Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса. Историко-биографический обзор.
    "Кличка — псевдоним каждого ясливца. Все клички можно разделить на группы: - связанные с несбывшимися мечтами ясливцев..." Интересно, о чем это? Тогда читайте!
    18.01.08
    <table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/karakovski>Алексей Караковский</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/64978>Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса</a>. Историко-биографический обзор.<br> <font color=gray>"Кличка — псевдоним каждого ясливца. Все клички можно разделить на группы: - связанные с несбывшимися мечтами ясливцев..." Интересно, о чем это? Тогда читайте!<br><small>18.01.08</small></font></td></tr></table>


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Алексей Караковский: Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса»:

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!


  • Учитель, строящий собор. Памяти Валерия Фридерикса (Алексей Караковский). Раздел: ПРОИЗВЕДЕНИЯ
  • Спасибо, Лена. Хотя бы один кусочек из этой работы пригодился...

     

    Алексей Караковский, организатор проекта & программист [18.01.08 12:28]

    Ответить на этот комментарий







    СООБЩИТЬ О ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ


    Регистрация

    Восстановление пароля

    Поиск по сайту




    Журнал основан
    10 октября 2000 года.
    Главный редактор -
    Елена Мокрушина.

    © Идея и разработка:
    Алексей Караковский &
    студия "WEB-техника".

    © Программирование:
    Алексей Караковский,
    Виталий Николенко,
    Артём Мочалов "ТоМ".

    © Графика:
    Мария Епифанова, 2009.

    © Логотип:
    Алексей Караковский &
    Томоо Каваи, 2000.





    hp"); ?>