п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Александр Балтин: Очередной рассказ (Рассказ).. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **










    Смотрите http://seksvibor.com проститутки на выезд.

    Внимание! На кону - издание книги!

    Александр Балтин: Очередной рассказ.

    "Очередной рассказ", уже "оформившийся в сознаньи" - и добравшийся до нас по "темноватой лестнице старого советского здания".

    Редактор отдела поэзии, 
    Борис Суслович

    Александр Балтин

    Очередной рассказ

    Подземный переход – его широкая, ступенчатая часть – изолирована ремонтными работами, а открыт только пандус, и два потока людей – спускающиеся и поднимающиеся – движутся медленно, нервно, толкаясь…
    Двигаться вниз приходиться еле-еле, поскольку впереди всех оказался ветхий старик: он идёт, постукивая палкой, вздыхая ежеминутно, и спешащие с утра люди, если и не матерятся, то только потому, что головы заняты предстоящим днём, его проблемами…
    Наконец, старик вступает в подземные пределы, и тянувшиеся за ним, распадаются на несколько людских ручейков.
    В середине перехода, на своём обычном месте в инвалидном кресле сидит маленькая женщина, напоминающую девочку, и гундосо просит на жизнь; ноги её кривы, в пластиковом прозрачном стаканчике, сжимаемом точно птичьей лапкой, желтеет и белеет горстка мелочи…
    Мгногоступенчатый подъём выносит немолодого спешащего человека к газетному киоску, от пестроты которого – детские машинки, куклы, зажигалки, брелоки, газеты, журналы сливаются в дикую шаманскую массу – рябит в глазах; и, чуть наклонившись к квадратному отверстию, человек покупает нужную газету, звенит мелочью, а потом, сжав многостраничный экземпляр в правой руке так, чтобы особенно не измять, вновь ныряет в переход, вновь как будто размывается в толпе.
    Он не знает, напечатана его статья, или нет; игра в угадайку с этой газетой забавна и неврастенична: посылая статьи, порою находит их напечатанными, но никто ни разу ему не ответил.
    Ни разу.
    Выход из перехода отделяет его от толпы; дома громоздятся, а проспект привычно гудит, пеной катя валы машин.
    Человек ныряет в арку, минует металлические, открытые ворота, и вливается в тишину обширного двора, где возле фонтана, ещё работающего, несмотря на осень, стоят полукругом скамейки.
    На одной из них он пролистывает газету: есть!
    Острый моментальный укол радости – на пять минут человек чувствует себя победителем; но только на пять, ибо дальше всё размывается в будничности; и дробный стук палки еле спускавшегося в переход старика всплывает в голове, прободая утреннюю картинку: чистили нос чуть прихворнувшему малышу.
    Человек проходит дворами, пересекает улочку с тихим движением, а в сознанье мелькает, как в калейдоскопе: малыш, предчувствуя, спрятался за лакированные решётки своей кроватки, прижался спиной к стене, начал рыдать…
    Сначала отец пробовал выманить, то вытаскивая не сдувшийся ещё, зелёный шарик, то лавируя самолётом, будто зовущим малыша; потом мать, действуя решительней, извлекла его из узкого пространства; отец сжимал точно ставшего многоногим и многоруким малыша, он извивался и отбивался, он рыдал и захлёбывался слезами, а мать жужжала машинкой, освобождая крохотный нос от злосчастного груза.
    Малыш страдал.
    Зачем высшему существу, который якобы есть любовь, страдания крох, пусть даже такие, не совсем настоящие, но для ребёнка более чем существенные? Зачем, а? Словоблуды-богословы, ловко изворотливые мастера громоздить словеса, дали бы ответ – ничего не значащий, нейтральный; ответ людей, плавающих в морях пустых рассуждений, не имеющих представленья, например, о теории абиогенеза или синтетической теории эволюции.
    Пасмурно, прохладно, малышу надо в детский сад – он любит ходить туда, любит быть среди детишек, играть – обычное дело.
    Пасмурно, холодновато – листва шуршит по серому асфальту, хотя ветер вял, ленив – как сидящий у подъезда толстый кот, втягивающий реальность острыми, торчмя поставленными зрачками.
    Мимо дома, мимо другого – к себе в подъезд; полы вымыты, плитка блестит: уложенная в шахматном порядке, точно предлагает многочисленным ногам варианты шахмат.
    Малыш – в футболке и укрытый одеялом пьёт из бутылочки домашний йогурт, пьёт, сидя в кресле, глядя мультик.
    -Напечатали опять, - говорит человек жене, кидая газету на буфет.
    -Хорошо, - отвечает, наливая себе кофе. – Рыбу будешь?
    -Не сейчас.
    Он идёт в комнату:
    -Малышок, в сад пойдём?
    -Дя, - уже весело отвечает тот, отставляя бутылку.
    -Тогда давай собираться.
    Год назад не сумел бы быстро собрать сынка, сейчас получается.
    Маленькие предметы натягиваются и застёгиваются, крохотные кроссовки на липучках обуваются, и малыш – с недавно подаренной машинкой в отставленной ручонке – готов, шапочка надевается на золотисто-кудлатую головку, тем ставится последний штрих.
    Он говорит маме «пока», машет свободной ручкой, усаживается в детскую коляску-велосипед, что надо толкать…
    Двор минуют, выходят на улицу, где за тополиной стеной движенье дано сглажено, стоят на светофоре.
    Улица лысеет пустынно.
    -Давай нарушим, малыш! – говорит отец неожиданно для себя, и толкает быстро велосипед, чтобы свернуть в очередной двор, набрав код, въехать на не маленькую территорию сада, минуя клумбы, площадки, футбольное поле (миниатюрное, конечно), поставить велосипед под навес, перейти с малышом асфальтовый перешеек, оказаться на темноватой лестнице старого советского здания…
    -Видишь, уже все собрались, тебя ждут.
    Он переодевает малыша, тот при этом часто повторяет: Сам, сам – но у самого мало что пока получается.
    -Иди, сынок.
    И убегает мальчишка к деткам, убегает, неся перед собой, как драгоценность, машинку…
    Отец уходит, в обратном порядке минует всё ранее перечисленное, собирая в корзинку впечатлений: случайную обгорелую спичку на асфальте, оброненные кем-то пятьдесят копеек, деловитую бабушку, ведущую запоздалого внучка: впечатления мешаются в корзинке, одни падают на дно, другие оказываются сверху, и, уже за пределом сада, отец, закуривая, думает, как лягут они в очередной рассказ, ещё не оформившийся в сознанье.



    Код для вставки анонса в Ваш блог

    Точка Зрения - Lito.Ru
    Александр Балтин
    : Очередной рассказ. Рассказ.
    "Очередной рассказ", уже "оформившийся в сознаньи" - и добравшийся до нас по "темноватой лестнице старого советского здания".
    22.11.16
    <table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/baltin>Александр Балтин</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/78107>Очередной рассказ</a>. Рассказ.<br> <font color=gray>"Очередной рассказ", уже "оформившийся в сознаньи" - и добравшийся до нас по "темноватой лестнице старого советского здания".<br><small>22.11.16</small></font></td></tr></table>


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Александр Балтин: Очередной рассказ»:

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!







    СООБЩИТЬ О ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ


    Регистрация

    Восстановление пароля

    Поиск по сайту




    Журнал основан
    10 октября 2000 года.
    Главный редактор -
    Елена Мокрушина.

    © Идея и разработка:
    Алексей Караковский &
    студия "WEB-техника".

    © Программирование:
    Алексей Караковский,
    Виталий Николенко,
    Артём Мочалов "ТоМ".

    © Графика:
    Мария Епифанова, 2009.

    © Логотип:
    Алексей Караковский &
    Томоо Каваи, 2000.





    hp"); ?>