п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Александр Балтин: Огни счастья (Рассказ).. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **











    Внимание! На кону - издание книги!

    Александр Балтин: Огни счастья.

    Удивительно: и мою собачку зовут Белка, и мои любимые цветы - гладиолусы. И моя любимая проза - та, которая по словесной плотности, глубине, красоте стоит вровень с любимыми стихами. И читаешь её, как стихи - радуясь сопричастности и гордясь своим званием читателя.

    Редактор отдела поэзии, 
    Борис Суслович

    Александр Балтин

    Огни счастья

    Одна из пятидесятилетних антоновок в семействе других разрослась особенно мощно, и толстый длинный сук её кидал петлистую тень на один из бабушкиных розовых кустов.
    -Гена, - ворчала бабушка, - сколько раз просила: спили этот сук, мешает розе, так нет же…
    Сухо-мускулистый, крепко сбитый, подвижный, как ртуть крестный, бородатый и жизнерадостный (приятели звали Фиделем), улыбался в ответ.
    -Как же спилю-то, мать? Ведь ребята так хорошо сидят на нём.
    Сын и племянник не только сидели, но и лежали на пространном этом, отчасти плоском суку, и даже, шаля, затаскивали на него Белку – пушистую, типа болонки собачку, прибившуюся к дачному житью.
    -Она умеет улыбаться, - говорил двоюродный брат другому.
    -Ага. Замечательная такая.
    Вся в колечках, в изящных завитках белой шерсти Белка виляла хвостом.
    Старая груша давно не плодоносила, сухие ветви её, точно изъятые из старинной гравюры, вторгались в летний воздух, вовсе не воплощая собою предсмертный стон; груша была незыблемым атрибутом участка, и об уничтожении её не шло речи.
    Около шершавого ствола её, под наклоном, стоял белый, сколоченный из досок щит, и братья кидали в него ножики; и было раз – нож, хитро перевернувшись в воздухе, сделал финт, и вонзился в тонкую ветку ближней вишни.
    -Видал?
    -Ага. Здорово. Но это ж случайность.
    Перед спутанной сеткой вишнёвых веток висел гамак, на котором качались, бездумно глядя в бездонность.
    -Ребята, помидоры полейте! – Кричала Татьяна, - тётушка одного и мама другого.
    Она хлопотала на веранде, готовя восхитительный летний обед, и ароматы текли, как живые в пространство…
    Отвлекались от игр, бежали к теплицам.
    Они огромны были, и напоминали племяннику застывших, прозрачных китов, нутро которых хранило лабиринты помидорно-огуречного богатства.
    Ходили босиком, и лейки – достаточно массивные – вовсе не казались тяжёлыми.
    Стол был врыт в землю – обедать на свежем воздухе приятней и вкуснее; рассаживались все, и тарелки организовывали великолепный натюрморт, который будет разорён – основательно, без спешки; и разорение это связано с ощущением счастья – простого, как запах укропа, или аромат в сухарях зажаренных котлет.
    -Едем на озёра? – спрашивал крестный.
    Суета и весёлый ажиотаж мальчишек.
    Старый «москвичок» никогда не подводит, и голубые озёра видны издали – огромные раковины глубокой сини, врезанной в золотистый, местами сереющий песок; и сосны, остро рвущиеся в небо, точно охраняют величие вод.
    Заплывали за середину.
    -А вдруг тут динозавры водятся? – говорил один брат.
    -Кино насмотрелся?
    -Вон, тень мелькнула…
    И, прекрасно понимая нелепость выдумки, спешили назад, к берегу, где среди гладких, легко втягивающих ноги песков, играли в войнушку, стреляя друг в друга из палок.
    О! счастье повалиться, изображая убитого, скатиться вниз к воде.
    У кустов сновали юркие, сине-зелёные ящерки, но попытки ловить их обычно заканчивались не успехом, да и пару раз пойманных тотчас отпускали.
    -А они приятные на ощупь. Кожистые такие, тёплые.
    -Ребята, молочко пить! – зовёт крестный.
    У «москвича» на пёстрой подстилке трёхлитровая банка отливающего синим деревенского молока, пряники, булочки.
    Ребята торопятся, ибо озёра ждут.
    -Не спешите, - говорит Татьяна. – Озёра не умеют бегать.
    -В отличье от вас, - добавляет Геннадий, улыбаясь в бороду.
    …баню на даче строили весело, и запах сосновой стружки – изящной, как новое, зачем-то нужное изделье, наполнял воздух.
    Племянник не полюбил парилку: пот застил взгляд, и было слишком жарко, мокро; а крестный с сыном часто предавался банному отдохновению.
    О! у него всё росло – у крестного; земля любила его, помидоры вызревали огромными, огурцы напоминали кабачки, и даже укроп вставал стеною.
    Бабушкины цветники полыхали флоксами, розами, георгинами – этими орденами пространства – гладиолусами: в последних, как и в звёздах астр – было нечто печальное, ибо связывалось с окончанием лета, с необходимостью школы, куда и понесут ребята небольшую часть великолепных цветов.
    …утром лучи солнца нежно щекотали лицо, и, вскочив, бежали наперегонки к рукомойнику, чей стерженёк метался в руках, как пойманная рыбка.
    Утром же шли на пруд – небольшой, золотисто-чёрный, и плотные, пойманные караси плюхались в ведёрко, обещая замечательную похлёбку, что непременно сварит бабушка.

    Их больше нет никого.
    Племянник, осознавший в ранних дебрях детства, что смерть – это навсегда, уже пятидесятилетний, седобородый, потрёпанный жизнью племянник, всё не может поверить, что осознание это так смертельно верно.
    Ему всё кажется: вот он сходит на калужском вокзале (а здание напоминает огромный, праздничный торт), и ехал всю дорогу в тамбуре, ибо электричка была битком, ехал, глядя в окна, наслаждаясь лентами жизни, её разнообразно-пёстрой плазмой; минует маленький скверик, и по проспекту Ленина, мимо знакомых городских пейзажей, проходит город насквозь – о! городу совсем не больно от того, что чей-то путь проколет его.
    Спуск по Воробьёвке, к Оке, текущей неподвижно, вспыхивающей на солнце церковной парчой, крут, и паром сейчас подойдёт, стукнется истёртым белым носом о выщерблины асфальта, и когда заскочишь на него, железо отзовётся гулко.
    Потом племянник будет подниматься в гору, противоположную спуску, в крутую гору, по правой стороне которой потянутся дачи, пока по левой будут немо звучать леса, и от жары придётся останавливаться, чтобы перевести дух, и напиться, обрызгавшись, из колонки, от ледяной воды которой сводит зубы, а пузыристая струя льёт по обомшелому стоку.
    Потом он вступит в пределы дачного городка, обойдёт пруд, достигнет знакомого участка, откроет, звякнув задвижкой, калитку, и на веранде – ибо сумеречно уже, ибо муар сумерек всегда сопутствует фантазиям и воспоминаниям – будут сидеть бабушка, точно возглавляющая стол, дядя-крестный, тётушка…
    Он – племянник – пересечёт небольшой, истоптанный, земляной пятачок, мысленно приветствуя и деревья и шатры крыжовника, войдёт на веранду, улыбнётся, и спросит:
    -Ну что, племянника никто не ждал?
    И огни счастья вспыхнут в ответ.

    Код для вставки анонса в Ваш блог

    Точка Зрения - Lito.Ru
    Александр Балтин
    : Огни счастья. Рассказ.
    Замечательно! Моя любимая проза - та, которая по словесной плотности, глубине, красоте стоит вровень с любимыми стихами. Читаешь её, как стихи - радуясь сопричастности, гордясь своим званием читателя.
    30.12.16
    <table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/baltin>Александр Балтин</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/78153>Огни счастья</a>. Рассказ.<br> <font color=gray>Замечательно! Моя любимая проза - та, которая по словесной плотности, глубине, красоте стоит вровень с любимыми стихами. Читаешь её, как стихи - радуясь сопричастности, гордясь своим званием читателя.<br><small>30.12.16</small></font></td></tr></table>


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Александр Балтин: Огни счастья»:

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!







    СООБЩИТЬ О ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ


    Регистрация

    Восстановление пароля

    Поиск по сайту




    Журнал основан
    10 октября 2000 года.
    Главный редактор -
    Елена Мокрушина.

    © Идея и разработка:
    Алексей Караковский &
    студия "WEB-техника".

    © Программирование:
    Алексей Караковский,
    Виталий Николенко,
    Артём Мочалов "ТоМ".

    © Графика:
    Мария Епифанова, 2009.

    © Логотип:
    Алексей Караковский &
    Томоо Каваи, 2000.





    hp"); ?>