п»ї Точка . Зрения - Lito.ru. Александр Балтин: Атлетический зал (Рассказ).. Поэты, писатели, современная литература
О проекте | Регистрация | Правила | Help | Поиск | Ссылки
Редакция | Авторы | Тексты | Новости | Премия | Издательство
Игры | «Первый шаг» | Обсуждение | Блоги | Френд-лента


сделать стартовой | в закладки | вебмастерам: как окупить сайт
  • Проголосовать за нас в сети IMHONET (требуется регистрация)



































  • Статьи **











    Внимание! На кону - издание книги!

    Александр Балтин: Атлетический зал.

    События тридцатилетней давности, так и не ставшие для автора историей, увиденные как бы сквозь сегодняшнюю дымку.

    Редактор отдела поэзии, 
    Борис Суслович

    Александр Балтин

    Атлетический зал

    Окна атлетического зала при большом заводе всегда были пыльные – низкие, открывали они вид на заводские корпуса – массивные, как вавилонские строения.
    Так казалось молодому парню, работавшему после школы в библиотеке вуза, у какого была договорённость с этим заводом – и студенты, и сотрудники могли ходить заниматься атлетической гимнастикой; так казалось парню – и никому больше, ибо в прежние свои годы он был истовым читателем, и книжный мир надолго отодвинул реальность.
    Штанга всегда возлежала на станке для жима лёжа; станки в основном были самодельные: заводчане изготавливали, многие грифы – специально изогнутые и проч. тоже делались ими; но штанги, гири гантели были фирменные, от заводов, специализирующихся на спортивном оборудовании.
    -Подстрахуй, Мить…
    Один подходит к штанге, другой ложится на скамью.
    Классический жим лёжа наиболее универсальное из упражнений, и делают его все.
    Сварная конструкция: брусья, наполовину вделанные в стену, и для большей нагрузки многие на широком ремне подвешивают к поясу гирю.
    -Что Жорки давно не видно?
    -А он новый зал нашёл, платный правда, но говорит оборудованье лучше.
    Ещё не привычно, что всё будет платным: конец восьмидесятых, и распад Союза неочевиден вовсе, нет-нет.
    Парень, видящий в корпусах завода нечто от Вавилона, качает пресс на доске, укреплённой у шведской стенки, к нему подходит знакомец – автослесарь, как-то прибившийся к этой качалке.
    -Привет, Валёк!
    -Привет, Андрюха…
    О, того, кого назвали Вальком, зовут Саша, но прозвище это – от недавно отпущенной бородки и общего сходства с Дикулем.
    Приседания. Тяги.
    Грохот снарядов.
    Мат, перчёные шутки.
    В гладко блещущих зеркалах отражаются тела разной степени накачанности.
    Многие подходят, напруживают мышцы.
    -Тоже мне Шварценеггер!
    -Сам-то…
    -Ха-ха…
    Корпуса заводов вырисовываются на фоне бледного осеннего неба, и гиря буквально разворачивает переутомлённую руку, падает с грохотом; нагнувшись непроизвольно, Саша видит эти корпуса, вспоминая стихи, сочинённые недавно.
    Он не знает, чем заниматься в жизни.
    Все учатся, или зарабатывают деньги: кооперативное движение стартовало недавно; все болтают о деньгах и женщинах; никто никогда – о поэзии, и если бы поделился, что сочиняет – засмеяли бы.
    Он прикрепляет к поясу ремень, подвешивает к нему гирю, и начинает выжиматься на брусьях.
    Последние разы.
    Устал. Всем пока – и в душ.
    В душевых неприятны почему деревянные ребристые подставки, и лучше было бы принять душ дома – благо недалеко, но не тащиться же потным.
    …вдруг, как опалило, вспомнилось: шёл сюда, шёл дворами, и видел в одном из них похороны: старухи, каменно застывшие у жалкой лодки гроба, пара крепких, здоровых мужчин, машина, с тупым терпением ждущая последнего скарба жизни…
    За сим воспоминаньем вспомнились похороны отца – первые похороны, которые довелось увидеть в жизни.
    Он вытирается, одевается, проходит обширный холл, спускается во дворик, и, подумав минутку, стоит ли пойти на автобус, или двинуть пешком, выбирает второе: любит суммы московских дворов, любит высокие, своеобычные дома своего района, даже бурное движение на проспекте Мира по нраву.
    Но – пойдёт по другому: свернёт за станцией метро, спустится по лестнице, и растворится в разнообразном однообразии переулков.
    Он ничего не знает о будущем: ни о развале страны, в которой вырос, ни о разгуле страстей и инстинктов, что воспоследует, ни о том, что всё же станет поэтом, ни о том, что ни с кем из тех, с кем тогда общается, общаться через несколько лет не будет; он не представляет, как будет выглядеть его сын, и кто будет его женой; он не знает ничего этого, просто возвращаясь домой, испытывая смесь грусти, - грусти девятнадцати лет от неопределённости грядущего, и усталости – приятной, в общем, какая всегда приятна после интенсивных спортивных упражнений.



    Код для вставки анонса в Ваш блог

    Точка Зрения - Lito.Ru
    Александр Балтин
    : Атлетический зал. Рассказ.
    События юности автора, так и не ставшие историей, увиденные сквозь сегодняшнюю дымку.
    22.09.17
    <table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/baltin>Александр Балтин</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/78289>Атлетический зал</a>. Рассказ.<br> <font color=gray>События юности автора, так и не ставшие историей, увиденные сквозь сегодняшнюю дымку.<br><small>22.09.17</small></font></td></tr></table>


    А здесь можно оставить свои впечатления о произведении
    «Александр Балтин: Атлетический зал»:

    растянуть окно комментария

    ЛОГИН
    ПАРОЛЬ
    Авторизоваться!







    СООБЩИТЬ О ТЕХНИЧЕСКИХ ПРОБЛЕМАХ


    Регистрация

    Восстановление пароля

    Поиск по сайту




    Журнал основан
    10 октября 2000 года.
    Главный редактор -
    Елена Мокрушина.

    © Идея и разработка:
    Алексей Караковский &
    студия "WEB-техника".

    © Программирование:
    Алексей Караковский,
    Виталий Николенко,
    Артём Мочалов "ТоМ".

    © Графика:
    Мария Епифанова, 2009.

    © Логотип:
    Алексей Караковский &
    Томоо Каваи, 2000.





    hp"); ?>