О проекте | Правила | Help | Редакция | Авторы | Тексты


сделать стартовой | в закладки





Статьи **



Рустам Карапетьян: Все превращая в силуэт.

"В наш век стихи живут два-три мгновенья,
Родились утром, к вечеру умрут..."

Эти слова с горьким сарказмом произнёс примерно 138 лет назад человек по имени Фёдор. Он был неправ и прав одновременно, поскольку многие его стихи живы до сих пор, а сколько их кануло в бездну времени, мы не знаем. Но мы знаем другое: от дней Тютчева и Пушкина до дней Ахматовой и Пастернака есть в нашей поэзии особая струя, а в наших авторах особый дар — дар простой, безыскусной зоркости. Умение увидеть в повседневно окружающем нас мире приметы неуловимой вечности и высокой трагедии — и умение сказать об этом простыми, повседневными словами.

Горящая на столе свеча Пастернака. Перчатка с левой руки Ахматовой. Растопленный сургуч Пушкина и тёмно-зелёный сад Тютчева, и жёлтая лампа Карапетьяна. Без абажура, прошу заметить.

В стихах Рустама Карапетьяна читатель, без сомнения, сможет увидеть воочию, в чём ошибся Фёдор Тютчев. Стихи, возможно, смертны, но поэтическая традиция не умирает, она лишь облачается в новые одежды изменившегося, живого языка. Будь то размеренный четырёхстопный ямб Тютчева или насыщенный паузами трёхстопный анапест Карапетьяна, высокая лирика человеческих будней сопровождает по жизни любого, чьи глаза достаточно зорки, чтобы увидеть и почувствовать её в простоте жизни, чистоте мыслей, скромности строк. Автор сказал об этом лучше меня:

"Но где-то рядом гремит гроза,
И очищения пламень близко."

Редактор литературного журнала «Точка Зрения», 
Михаил Майгель

Рустам Карапетьян

Все превращая в силуэт

2006

Рвётся нить и солнце падает На полу небесной пагоды Вновь погода вердикт нам вынесет Дверью скрипнешь, что ей хлопать? Тают звёзды в ночной пропасти Такие вот дела Весь изорван, избит, измят По кухне тени плетутся кущей Были надежды и помыслы были чисты Лишь через пару сигарет Мимо чужих фасадов Каскады смыслов и слов туман Чёрно-белая картинка Дождик маленький и глупый Земли усталой замер плавный ход Всё превращая в силуэт Сердце с сердцем говорит Пусть слов не золото, но медь Много дней ли, мало


Рвётся нить и солнце падает


Рвётся нить и солнце падает,
Видно в сумерках едва.
Под ногами мокрой ватою
Мнётся снега синева.
Скрип да скрип. Следы цепочкою
Свяжут пункты А и Бэ.
Я скольжу наивной точкою,
Вспоминая о тебе.
Пусть глаза ослепли инеем,
Режет ветер, как стекло,
Знаю я — любые линии,
Холода раздвинув зимние,
Приведут в твоё тепло.

Наверх


На полу небесной пагоды


На полу небесной пагоды,
Разметав созвездий гроздья,
Мы с судьбой играем в шахматы,
А она швыряет кости.

Наверх


Вновь погода вердикт нам вынесет


Вновь погода вердикт нам вынесет,
Мол, сидите-ка лучше дома,
Ведь природа в глубоком минусе,
В ледяную вгоняет кому.
Дома всё ж не такие омуты —
Чай горячий в любимой кружке.
Ставим обогреватель в комнату,
Ноги — в тапочки-меховушки.
Телевизор — в мир пуповиною,
Сколько глаз полусонный вынесет.
А в прогнозе всё дышит инеем,
И природа в глубоком минусе.

Наверх


Дверью скрипнешь, что ей хлопать?


Дверью скрипнешь, что ей хлопать?
Сквозняком метнёшь в лицо мне.
По ступенькам быстрый цокот,
Дверь подъездная застонет.
И повиснет тишиною
Этот миг, подобный веку.
Молча вслед смотрю в окно я —
Ты ли там идёшь по снегу?
Шаг, другой, теряясь в стуже.
Ветер вслед метёт позёмкой.
Пустотою захлебнувшись,
Я к дверям иду с маслёнкой.

Наверх


Тают звёзды в ночной пропасти


Тают звёзды в ночной пропасти,
Где-то тёмно кричат во’роны.
На границе стою молодости,
Чемоданы уже собраны.
На глазах тает грусть инеем
По тому, что вдали брошено.
Лишь осталось шагнуть за линию,
И захлопнется дверь в прошлое.
А душа пролилась дождиком,
Чуть скулит, погодить мне б ещё.
Но торопит уже таможенник.
В душу штамп. Проходи. Следующий.

Наверх


Такие вот дела


«Такие вот дела. В два слова не уложишь.
Ну, да, не ожидал. Как ты меня нашла?
А ты бы не могла перезвонить чуть позже?
Так, небольшой аврал. Обычные дела.
Что? Вечером? Смогу. В одиннадцать? Конечно.
У старого ларька, где, помнишь, «пива - нет».
А там, не на бегу поговорим о вечном.
Ну, всё, давай, пока. До вечера. Привет.»

Такие вот дела. Чёрт, надо же, как странно.
Какой судьбы каприз вновь встретиться с тобой.
На краешке стола солдатик оловянный,
И танцовщица из бумажки золотой.

Наверх


Весь изорван, избит, измят


Весь изорван, избит, измят,
Снег устало зияет ранами.
Захлебнувшись слезами пьяными,
В стёкла грязные смотрит март.
Ну, давай, наливай в стакан
Солнце с ветром весенним поровну.
Мне открыты все света стороны,
Потому что весною пьян.
Потому что само собой
Всё течёт непременно к лучшему.
Я опять доверяю случаю,
Что однажды нас свёл с тобой.

Наверх


По кухне тени плетутся кущей


По кухне тени плетутся кущей
От жёлтой лампы без абажура.
Не видно счастья в кофейной гуще,
А так хотелось, чтоб всё в ажуре.
Темнеют кляксы в потёртом блюдце,
То разбегутся, то лягут слитно.
То словно дождик наплакал куцый,
А только счастья и так не видно.
И снова ищем в сплетеньях влаги
Какой-то смысл, но чтоб хороший,
Забыв, что сами все эти знаки
Мы сочинили, чтоб верить позже.

Наверх


Были надежды и помыслы были чисты


Были надежды и помыслы были чисты,
Кто ж не туда нам дорогу заветную вымостил?
Над Рубиконом опять догорают мосты,
Значит, без жертв нам отряды обратно не вывести.
Вера с надеждой остались на береге том,
Не исхитрясь одолеть бесконечные тернии.
Только Любовь всё ещё маркитанткою верною
Тешится с нами. Пока ещё, значит, живём.

Наверх


Лишь через пару сигарет


Лишь через пару сигарет
Повязкой шорной
Луна закроет солнца свет
И станет чёрной.
И, городской мешая дым
Дыханьем едким,
Задует ветер-подхалим,
Ломая ветки.
И станет вязко и темно,
И в сердце блёкло.
И постучится Зло в окно,
Ломая стёкла.
И тьмы обрушится поток,
Врываясь в клети.
Уже сейчас. Но ведь никто
И не заметит.

Наверх


Мимо чужих фасадов


Мимо чужих фасадов, бетонных свечек.
По муравьиным тропам, спешащим к Риму,
Прикосновенье взглядов — пустая встреча.
Усиком тонким, — Кто ты? — и дальше, мимо.
Словно возможность, лопнул пузырик лужный.
Дело к дождю, пора бы скорей обратно.
Ровно живётся, словно бы так и нужно.
Мимо чужих фасадов и встреч невнятных.

Наверх


Каскады смыслов и слов туман


Каскады смыслов и слов туман,
И всё затоплено именами.
Вода могла бы сойти с ума,
Покорно следуя вслед за нами
Туда, куда заведут глаза.
Ах, сколько нам еще взглядом рыскать.
Но где-то рядом гремит гроза,
И очищения пламень близко.

Наверх


Чёрно-белая картинка


Чёрно-белая картинка
В тесной рамочке окна.
Полукругло тает льдинкой
В тёмном озере луна,
Воздух тонок и прозрачен.
Водишь пальцем по стеклу,
Где тихонько небо плачет,
Чуть растапливая мглу.
А по мокрым снежным клочьям,
Как струна, натянут путь.
Отчего ж весною ночи —
Не забыться, не уснуть?
Отчего же в сердце зыбко
И легко от сладких мук?
А луна скользит улыбкой,
Словно знает — почему.

Наверх


Дождик маленький и глупый


Дождик маленький и глупый,
Разыгравшийся щенок,
Мне целует щёки, губы.
Я почти уже промок,
С ним играя в догоняшки,
Захлебнувшись от души.
Дождик, маленький дурашка,
Не успевший стать большим.

Наверх


Земли усталой замер плавный ход


Земли усталой замер плавный ход,
И в тот же миг, всей тушей косолапо
Качнулось небо тучное вперёд,
И Солнце, дрогнув, двинулось на Запад.
Земля вздохнула, чуть прикрыв глаза,
От отдыха внезапного немея.
Смотри — Луна взошла. И кто сказал,
Что неверна система Птолемея?

Наверх


Всё превращая в силуэт


Всё превращая в силуэт
На фотоплёнке,
Так падал снег, а может, свет,
Прозрачный, тонкий.
Скользил слезинкою у глаз,
Блестящим стразом.
Наверное, в последний раз
Ложился наземь,
Где смутно таял чей-то след,
Судьбы предтеча.
И как во сне — и снег, и свет,
Весне навстречу.

Наверх


Сердце с сердцем говорит




Наверх


Пусть слов не золото, но медь


Пусть слов не золото, но медь
Швыряю в чаши,
Хочу прожить, хочу пропеть
Без тени фальши.
Травлю, гоню из сердца ложь,
А после снова
За часом час, за грошем грош,
За словом слово
На ежедневный суд и крест,
Души лохмотья,
И обретает слово вес
Моею плотью.

Наверх


Много дней ли, мало


Много дней ли, мало,
Кто считал их вспышки?
Ты войдёшь устало,
Как герой из книжки,
Словно из похода
За руном далёким,
Жаль, что непогода
Подмочила сроки.
Обветшала пристань,
Расплылась дорога.
Облетели листья,
Много раз, так много.
Истончились тени
Памяти болезной.
От прикосновенья
Не швыряет в бездну.
Мир вокруг не рухнет,
Лёг засохшей долькой.
Ну, пойдём на кухню.
Чай вскипел вот только.

Наверх


Код для вставки анонса в Ваш блог

Точка Зрения - Lito.Ru
Рустам Карапетьян
: Все превращая в силуэт. Сборник стихов.

23.08.06
<table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/rustamka>Рустам Карапетьян</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/sbornik/2719>Все превращая в силуэт</a>. Сборник стихов.<br> <font color=gray> <br><small>23.08.06</small></font></td></tr></table>


О проекте:
Регистрация
Помощь:
Правила
Help
Люди:
Редакция
Писатели и поэты
Поэты и писатели по городам проживания
Поэты и писатели в Интернете
Lito.Ru в "ЖЖ":
Писатели и поэты в ЖЖ
Публикации:
Все произведения
По ключевым словам
Поэзия
Проза
Критика и публицистика
Информация: