О проекте | Правила | Help | Редакция | Авторы | Тексты


сделать стартовой | в закладки





Статьи **



Александр Морев: Третий глаз.

Боюсь переврать пересказ диалога, услышанный давным-давно от лепшего друга, который, в свою очередь, подслушал оный диалог на какой-то пьянке:

- Вася!
- А?
- А как ты думаешь, Вася... бывают ли на свете... стопроцентные аксиомы?

Вася, помолчав задумчиво:

- Аксиомы? Бывают. Всё в жизни бывает...

Это я все к чему. Единственное, что мне хочется сказать после прочтения оного рассказа - "Да. Бывает и такое".

Жизненно.


Редактор литературного журнала «Точка Зрения», 
Ната Потемкина

Александр Морев

Третий глаз

Утро. Обычное утро. Привычное, шумное, крикливое, суматошное и повторяющееся каждый день. Плач пятилетней Настеньки заполонял всю квартиру. Перекричать её удавалось только матери, она громко на неё кричала и от злости на неспокойного ребенка еще сильней стягивала волосы, заплетая ей косу. На кухне в это время противно канючил восьмилетний Андрейка:
- Маааааа! Паааааа! Чем мне завтракать? Че я в школу голодный пойду?
- Толя, Толя! Куда запропастился, займись наконец сыном! Неужели в этом доме все должна делать я?!              
- Сейчас, сейчас, - недовольно отвечал Крыльников.
В одних трусах он стоял возле зеркала и, оттянув верхнее веко, взирал на белок правого глаза.  
- Мамочка, больно, - продолжала плакать Настенька.                  
- Маааааа! Паааааа! – не умолкал Андрейка.
- Крыльников! Сколько можно? Накорми сына, - шумела жена.                    
- Успею! – уже кричал он. – Не дом, а какой-то вокзал!
- Маааааа! Паааааа!                            
- Настя, не дергайся!                  
- Мамочка, хватит! Больно!                
- Маааааа! Паааааа!                          
- Крыльников, паразит! Не заставляй меня нервничать! Заткни этого ребенка!                
- Боже! Как вы мне дороги! – он стукнул кулаком по трюмо, быстро надел трико, схватил сигареты с зажигалкой, и демонстративно хлопнув дверью, вышел на лестничную клетку.                
- Куда, скотина! – вдогонку неслось ему.                    
Оказавшись один в холодном подъезде, Крыльников глубоко вздохнул, дрожащими пальцами извлек из пачки сигарету, прикурил и сладко, во все легкие затянулся. За дверью квартиры все еще слышны были крики жены, плач дочери и противное нытье сына.  Все это уже было для него вдали – где-то там, где его нет и куда его совсем не тянуло. От первой сигареты за утро голова закружилась, и он куда-то поплыл, казалось, далеко-далеко, во что-то белое, расплывчатое и теплое. И запах… там был запах, отчетливый и очень знакомый и чем-то связанный с детством. Но чем именно пахло, Крыльников никак не мог понять. Вдруг скрипнула дверь. Он поднял глаза. Из квартиры напротив вышел сосед.
- Привет, Толя. Что, жена с детьми доняла?        
- Да нет, я покурить вышел, - Крыльников поднял руку показать сигарету, то есть то, что от нее осталось. Она истлела до фильтра и жгла пальцы, но боли почему-то не  чувствовалось.  
- Шутишь? У меня и то слышно, как твои орут.                                
- Да нет, все нормально… покурить я вышел, -  Крыльников повернулся и отворил дверь.                    
- Явился – не запылился, сволочь! На детей ему наплевать, - появилась из детской жена. Халат на ней был расстегнут, волосы взлохмачены. – Только о себе думаешь, эгоист! – она оттолкнула его со своего пути и, зайдя в ванную, закрылась.                      
- Маааааа! -  увидев входящего на кухню отца, Андрейка тут же осекся. - Я кушать хочу, – уже едва слышно проскулил сын
- Так ешь! Кто тебе мешает? Чайник на столе, булочки в хлебнице, масло в… - Крыльников замолк. Его взгляд был прикован к холодильнику. – Что ж это такое? – он выбежал из кухни и бросился к зеркалу. Вновь оттянул веко и начал изучать правый глаз. – Ни черта не пойму.              
- Что ты там не поймешь? – появилась из ванной жена. – Стоит, красуется нарцисс. Отойди от зеркала, дай расчесаться, - она отпихнула мужа.                    
- Наташа, может, ты посмотришь?          
- На кого я должна смотреть? На тебя, бесстыжего? Спасибо, насмотрелась! Отведи лучше дочь в садик.          
- Нет, ты все-таки посмотри, загляни мне в глаз… там то ли соринка, то ли еще что… не пойму… пятнышко какое-то маячит.    
- Делать мне больше нечего, как смотреть в твои наглые глаза.                            
Крыльников махнул рукой и пошел одеваться.

                                                                      ***          
На работу едва не опоздал. Ворвался в прорабскую, когда все мастера уже собрались на планерку. Ни с кем не поздоровавшись, он уселся на свободное место. Перед ним сидел кто-то из коллег в белой безрукавке. Крыльников устремил взгляд на спину. Все повторилось вновь. На белом отчетливо виднелось маленькое черное пятнышко. Вчера ему только показалось, что он его видит. А еще до этого Крыльников начал замечать, что зрение правого глаза стало ухудшаться, однако не придавал этому никакого значения. Теперь же все было иначе. Появившееся пятно не давало покоя. Каждый раз, когда оно проявлялось на белом, ему чудилось, что оно увеличивалось. Если с утра пятнышко казалось совсем маленьким, то сейчас по размеру доходило до игольного ушка.  Крыльников ничего не слышал, о чем говорил начальник, он тупо смотрел на пятно, пытаясь понять, что это. Когда планерка закончилась и впереди сидящий сосед поднялся со стула, Крыльников, сам не ведая, что делает, автоматически встал и, пристально взирая на его спину, побрел за ним.        
- Толян, ты че? - повернулась спина.          
- Я? – будто проснулся Крыльников. – Да  я…  так… просто…                    
- Перепил наверно вчера?            
- Не… я… нормально все.              
- Крыльников! – подозвал к себе старший прораб. – Ты чего мутный такой? Задачу свою понял?                            
- Задачу? – переспросил он и поймал взглядом  светлую рубаху начальника. Пятнышко вновь появилось.                                  
- Так понял или нет? Говори, что делать надо.              
- Ну… на объект.                
- Какой к черту объект? Ты пьяный что ли? Звони быстрее Еникееву, пока он все машины не отпустил. Бери три КАМАЗа и бегом на тупик. Чтоб за день мне весь цемент вывез.      
Начальник хлопнул его по плечу и вышел. Крыльников подошел к столу. Телефон оказался белого цвета…
                                                                     ***
- Ты понимаешь, что ты натворил?! Где я деньги возьму  за простой вагона? Что я скажу директору? Ты какого хрена весь день делал? Из-за тебя два объекта пол дня без работы стояли. Я тебя сейчас или убью, или увольняйся, - начальник кинул на стол бумагу. – Давай по собственному желанию.                  
Крыльников пододвинул к себе лист. Пятнышко было уже с пшеничное зернышко.
Полночи он не спал. Стоял возле зеркала и обследовал свой глаз. Ни соринки, ни кровоподтека, ничего так и не обнаружил. Затем с трудом заснул. Под утро, как всегда, проснулся под плач дочери. Открыв глаза, Крыльников первое что увидел –  пятно. Теперь его  было видно не только на белом, но и темном фоне. По крайней мере, на бордовой шторе оно хорошо проглядывалось. Сейчас пятно было еще крупней, более того, в его середине, в глубине, проскальзывало что-то светлое.   Крыльников встал с кровати, подошел к шифоньеру и кинул взгляд на него. Черное, а в центре как будто белый зрачок, пятно не отпускало, оно словно завораживало, тянуло к себе, а точнее, даже манило.  Белый свет, исходящий с середины, влек Крыльникова. Оттуда шло тепло и какое-то невиданное спокойствие и умиротворение. И еще запах. Именно тот, что он впервые почувствовал в подъезде.    
- Крыльников!!!– загрохотало в его ухе. – Сколько можно испытывать мое терпение?! Займись наконец сыном!                      
- Что? Каким сыном?                
Он недоуменно посмотрел на жену, затем глухо что-то буркнул и начал одеваться.
- Ах ты подлец! Каким сыном, говоришь! Я тебе покажу «каким сыном», я тебе устрою, стервец! – она выдернула с халата поясок и набросилась с ним на Крыльникова.
Он даже не делал попыток защищаться. Не обращая внимания на нападки жены, накинул на себя одежду, в коридоре обулся и, не хлопая дверью, как обычно делал, вышел из квартиры. В подъезде его поджидал сосед.
- Что, опять твоя сорвалась? Вот бабы! С утра никакой жизни от них.            
- Нет… все нормально, - не поднимая глаз, проронил Крыльников и устремился вниз по лестнице.                                        
                                                                     ***
- Так на что, говорите, жалуетесь?                    
- Доктор, я  уже объяснял. С правым глазом у меня что-то неладное. Видеть им стал хуже, и пятно какое-то появилось: черненькое, а в середине белая точка, и оно еще увеличивается постоянно.                      
- Так, так, замечательно, - доктор что-то писал за столом. – Очень хорошо. И давно это у вас?              
- Ну, с месяц, наверное, а пятно вообще позавчера появилось.                                  
- И за эти дни оно у вас на глазах увеличилось?              
- Не на глазах, а в глазу, доктор.                    
- Ну, это мне понятно, - он встал со стула. – Давайте-ка мы с вами табличку посмотрим, а затем взглянем на ваш глаз.                    
Через полчаса обследования доктор поставил вполне утешительный диагноз.  
- Ничего страшного – спазмаккомодация правого глаза. Выпишу вам таблеточки, капельки, витаминчики, попьете, полечитесь. И глаз обязательно тренируйте, смотрите минут по пять-десять в какую-нибудь определенную точку,  и так несколько раз в день.              
- Доктор, а пятно?    
- Какое пятно? Это скорее вам кажется. Вы, верно, очень мнительный человек. Поменьше об этом думайте. Лечитесь, и через месяц ко мне на прием.
                                  
                                                                      ***
Пятно продолжало расти.  Внешне оно уже выглядело иначе. Теперь в нем преобладало больше белого цвета, нежели черного. Черной оставалась лишь кромка по краям. По совету доктора Крыльников тренировал правый глаз, но не по десять минут три раза в день, а в течение всего дня. Он смотрел прямо перед собой, только не в определенную точку, как полагалось, а именно в это самое пятно. В его глубину, в теплоту и ласковое белое сияние. Это было непостижимо, было невозможно оторваться. Крики жены за спиной, плач детей – ничто его не волновало. Он был полностью поглощен загадочным видением. Крыльников оброс щетиной, практически не ел, засыпал прямо в кресле. Через какое-то время среди белой чистоты пятна он стал замечать светлые тени, они прыгали, танцевали, исчезали и вновь появлялись. Зрелище казалось похожим на калейдоскоп, открывающий  доселе неизвестный невиданный мир, в который хотелось окунуться и раствориться в нем навсегда. Прыгающие тени со временем стали приобретать человеческие силуэты, а позже и вовсе Крыльников начал видеть там людей в белых легких одеждах. Он будто подсматривал за ними в замочную скважину. Так прошел месяц.

                                                                      ***
- Значит, никаких улучшений?                    
- Да, доктор, пятно не исчезло. Оно стало еще больше, оно словно маленькое окошко… - взахлеб рассказывал Крыльников. – Я словно смотрю в другой мир…                                          
- В мир? – доктор округлил глаза. – Параллельный, что ли?                          
- Повторите.                    
- Параллельный… ну то есть мир в несколько другом времени и измерении. Вы разве не зачитывались в детстве Саймаком?                  
- Саймаком? – Крыльников сморщил лоб.                
- Ну да, писатель такой, фантаст. Он вечно про эти параллельные миры писал.                          
- Так, значит, - Крыльников глубоко вздохнул и подскочил со стула.  – Вот это да!            
- Постойте, я это не утверждаю, - доктор встал вслед за Крыльниковым. – Вы успокойтесь, вы слишком далеко зашли. Нельзя же так зацикливаться на своей болезни. Я вам советую сходить на прием…                                          
- К психиатру?        
- Ну, зачем сразу к психиатру? К невропатологу сходите…              
- Не держите меня за психа! Вы ничего не понимаете! – Крыльников направился к двери, затем остановился и, повернувшись, сказал: - Я не псих, я нормальный. Просто в отличие от вас я это вижу… даже сейчас они передо мной. Я чувствую их воздух, я ощущаю их тепло, я вдыхаю запах, которым пронизан их мир. А вы… вы не можете это испытывать, вам не суждено…        
  
                                                                      ***
Параллельный мир – вот что он видит. Ему раскрылась истина. Крыльников ощущал себя избранным. Подобное недоступно было никому. Эти мысли владели им. Хотелось поведать всем о своем даре. Рассказать, как ничтожен наш мир и как совершенен тот, где господствует спокойствие, блаженство и умиротворение.
В редакции одной из газет над ним сразу посмеялись:            
- Везет нам в этом месяце! На прошлой неделе контактер заявлялся, позавчера энергетический вампир, а теперь вообще парламентер с параллельного мира…            
Крыльников был раздавлен, его никто не желал слушать, над ним все смеялись. Это, пожалуй, и сыграло свою роль. Пятно пропало. Неожиданно. Оно просто взяло и исчезло. Смириться с этим оказалось не просто. Крыльников был не готов к такому повороту. Он искал пятно. Смотрел на белое, черное. Все было без толку. Подолгу засиживался в кресле, пристально глядя в одну точку, ожидая, что вот-вот оно появится.  Крики жены за его спиной не умолкали, дети хныкали, плакали или громко верещали, играя в свои дурацкие детские игры. Он словно ничего не слышал. А если вдруг пробуждался, то уходил из дому и часами бродил по городу. Затем возвращался и продолжал искать свое пятно. Смысл жизни был только в этом.
- Крыльников, хватит сидеть сутками. Ищи наконец работу! – не умолкала жена. – Уселся бабе на шею, паразит! Детей бы постыдился, лодырь!              
В ответ лишь бегающий взгляд. Затем с трудом поднимался из кресла, обувался и покидал квартиру. В подъезде, как всегда, поджидал сосед.                
- Допекла она тебя, совсем уже дошел.    
Он игнорировал его. Так продолжалось каждый день. Пока однажды…
- Жалко мне тебя, Толя. Уходил бы ты от неё. Разве это жизнь. Так и в петлю недолго.                
Крыльников побагровел.                  
- Да что тебе от меня надо?! Что ты вечно лезешь?! Что ковыряешься?! Кто ты такой?! Я же удавлю тебя, сволочь!          
- Толя, Толя, ты что? – запричитал сосед, пытаясь скрыться в дверях.
Крыльников набросился на него и  вцепился в горло…  
                          
                                                                      ***
Наконец-то его забрали. Мир, о котором он мечтал, взял его к себе. Крыльников был среди них. Покой и безмятежность царили вокруг, а главное, в нем самом. Люди в белых легких одеждах были повсюду. Крыльников счастливый улыбался им. Он был частью их, частью этого совершенного мира, где все так прекрасно, где он наконец мог вдыхать этот заполонявший все аромат. Запах из далекого прошлого, знакомый ему еще из детского сада. Только там он был легкий, а здесь запах хлорамина ощущался более устойчивый.                
Пятно он вновь видел. Но уже не мог на него смотреть, как прежде – восторженно и с замиранием сердца. Теперь оно представлялось окном  в тот мир, из которого он убежал. Там маячила крикливая жена, плачущая дочь и ноющий сын:
- Маааааа! Паааааа!                            
- Нет! Нет! – временами вопил Крыльников.                  
Все тут же начинали бегать, суетится и кричать:                    
- У больного с третьей опять приступ! Зовите санитаров!                  
                                      26.09.03г. – 29.09.03 г.

Код для вставки анонса в Ваш блог

Точка Зрения - Lito.Ru
Александр Морев
: Третий глаз. Рассказ.

05.08.05
<table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/morev>Александр Морев</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/12269>Третий глаз</a>. Рассказ.<br> <font color=gray><br><small>05.08.05</small></font></td></tr></table>



hp"); ?>