О проекте | Правила | Help | Редакция | Авторы | Тексты


сделать стартовой | в закладки





Статьи **



Валентин Хрупов: А после и жить не страшно!.

Рассмотрим несколько Валькиных стихов.
"Я видел сон, сидел один"
Наверное, нам не надо даже подсчитывать сколькикратен сон. Это сны во снах без начала и конца. Стихотворение производит гипнотическое воздействие. Сон выходит за пределы стихотворения, и уже сам автор пишет его во сне, который лишь один из снов. И все мы во сне. А потом жутковатый "крадкий стук", который проходит через все круги сна и теряется в бесконечности, не теряясь. Исчезнувшее время, эти дымящиеся вещи - ощущение нездешней опасности. Вещь совсем не то, что она есть, она таинственна и непознаваема. Отстранённость автора при одновременной невозможности отстранения? Или отстранение, чтобы заговорить опасность, отказаться от ужаса, порождённого сознанием? Или заговаривание опасности с одновременным её привлечением? Или осознание опасности как чего-то объективного? Опять же ощущение абсурда, ненужных действий, которые воспроизводит сновидец. А сновидцев, пожалуй, уже и двое. Но в этом случае второй ("очень странный господин") является частью сознания первого. Предположу, что этим вызвана неопределённость с союзами "и" в начале стихотворения.

"И когда в пустоту заключённый со всех сторон"
Не хочется портить это стихотворение своими писаниями. Единственное: там строчка про "абсурдный вой" синтаксически не связана с другими. Недочёт формы, который сразу не замечается.

"На смерть поэтов"
По-моему, мило. Последняя строфа сложновата. Я её понимаю так: солнышко, которое выше сравнивается с угольком, остыло и плачет пеплом. Заметим, тут опять взаимопроникновение страшного сна и страшной жизни. Непонятно, где жизнь, где сон.

"Ближе рассвет..."
При слове "Комочек" сразу рисуется картинка: доведённый до отчаяния, не верящий, что может написать, поэт сминает бумагу, на которой пишет стихи в комок, но ему очень надо написать, и вот он сидит над этим комочком и надеется. Какая экспрессивность передается этим словом "комочек". Вообще стихотворение для Валика неожиданно простое, доступное. Мне нравится строчка "А после и жить не страшно!" Обычно говорят "И умереть не страшно". Значит для человека, который так говорит, есть что-то, что выше смерти, что-то, что побеждает страх смерти. Попробуйте перенести это на "и жить не страшно".

Метафизический ужас. Соотношение трагедии и смеха. Противоречие между ритмом и содержанием. Этакий пир во время чумы. И витание не нашедших успокоения призраков Элиота и Хармса...
Валику ещё не хватает мастерства. Но в нем может проявиться сильный метафизический поэт. Другое дело – как Валику Хрупову живется с собственным сознанием и подсознанием. В нём много всего намешано, много противоположного. Валик с одной стороны - существо безбашенное, а с другой - довольно серьёзное. Я воспринимаю его даже не как поэта, а как специфического человека, обладающего талантом. Его стихи - это тоже своего рода "человеческие документы". Только, конечно, документы специфические…

Редактор литературного журнала «Точка Зрения», 
Андрей Белозеров

Валентин Хрупов

А после и жить не страшно!

Код для вставки анонса в Ваш блог

Точка Зрения - Lito.Ru
Валентин Хрупов
: А после и жить не страшно!. Цикл стихотворений.

27.05.07
<table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/metasib3>Валентин Хрупов</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/60537>А после и жить не страшно!</a>. Цикл стихотворений.<br> <font color=gray><br><small>27.05.07</small></font></td></tr></table>



hp"); ?>