О проекте | Правила | Help | Редакция | Авторы | Тексты


сделать стартовой | в закладки





Статьи **



борис фрумкин: письмо с охоты.

Это скорее стихопроза. Не только потому, что некоторые строки ("Громко кричать, быть похожим на гром") кажутся стихотворными. По плотности речи, по обилию реминисценций, ассоциаций, сюжетов, не только вырастающих один из другого, но и существующих почти параллельно. Ощущение, что автор
уже перерос форму. Может быть, так и есть? Подождём.

Редактор отдела поэзии, 
Борис Суслович

борис фрумкин

письмо с охоты

Пысьмо с епиграфом


Можно избежать встречи с сознанием, скрыться в пожирающем часы телеэкране, законсервировать мозг какими то сверхидеями или же мелочной злобой и завистью. День за днём и пр. Знаменно проявившееся, нетерпеливое тогда, теперь еле зримой тенью колышется в лёгком ветерке. Голубая ветхая занавеска. А за окном происходит зима, белое падает на чёрное. Смесь, серая комочками грязь. Чувствуем, что будет дальше. Чуем. Серое месиво застынет морозной ночью, острые грани несостоявшихся волн постепенно сгладятся/сотрутся подошвами пешеходов и покрышками машин. На всё ляжет толстый слой снега, и зазвенят в прозрачном воздухе звёзды. Как такое может не радовать. Да, спокойно живёт, саморождаясь, роясь, чудесно изменчивая зима, ей не требуется твоё/моё осознание, она есть без тебя/меня и может быть даже, это ты/я нуждаешься в её осознании, что бы быть. Нас осознают, мы появляемся, громко кричим.

Громко кричать, быть похожим на гром, уподобляться богу грома, не его звуку, а ему.

Вспоминаю/воссоздаю/придумываю/вру себе – мне нужен я вчерашний. От вчерашнего я горький осадок у сегодняшнего. Найдено начало неприятностей. Я хочу найти его и выбить ему все зубы. Как минимум. Оглядываюсь, потому что не могу не оглянуться, впереди нос, сзади жизнь. Придумал и, кажется, решил так. И только так – поиск света в прошлом! Несказуемо (варится/горит/жжётся) межь ребер желание света! Большой взрыв? Какие красивые цепочки! Но шаг в сторону и вся логика летит к чертям.
И сидит умственный человек, раскинув в недоумении руки и ноги. Кукла. Пентаграмма - пять достоинств куртуазного христианина-рыцаря. Только туманные сгустки вместо надписей. Не сложилось, не столкнулся с окружающим вихрем, не проявился, до сих пор путается, где я, а где он, где оно или вообще – они. Народ. Народ в красочных картинках, народ, разложенный пасьянсом на неустроенной земле. Несуществующий народ и явная для карася, угроза. Желтая, чёрная, всякая хитрая и особо интеллектуальная. Враги. Куда ни кинь, везде клин. Обсели, суки! Хочу иметь. Всё, вплоть до сухой могилы. Яма удивлён – он в обиходе, что скажет Ями? Почему-то представляется пушкинская «старушка» из «Пиковой Дамы». Она раскладывает пасьянс. Смотрит на карты, устало откидывается назад, присыпает, расслабленно падает/опускается вниз ещё не увядшая рука (рука видна вся, от округлого плеча, до конца), пальцы лениво перебирают итальянские чётки – двенадцать черепов, бесхвостый кот заинтересованно трогает их лапой, «старушке» снится нечто приятное, она легко улыбается. Так поиск вчерашнего «я» приводит к потере самосознания и такому кладу, как эта «старушка». Женщина в возрасте. Он сказал о ней: ни о чём! Его интересуют глазастые ноги, они мечут в него острия «хочу» и он быстро теряет человеческий облик. Ненависть, не до конца, так, на четверть часа, или как? Она врёт, что простила? Нечего было бить её! Ну и что, что застал с Другим, обидно, что этот другой старше. Затаилась… Взаимоотношения. Потом он её бросил и долго, целый месяц, а то и два не хотел секса. И намного дольше ощущал кайф свободы. Но где ты? Женщины это конечно хорошо, но стоило бы ответить - где ты? В машине. Он едет, куда-то. В тепле зимой, в холоде летом. Сытый, довольный, отдельно от всех. Всё, что было написано дальше, истлело за ненадобностью. Та самая, пожелтевшая страница рассыпалась под ногами мухи. Мухи с громадными глазами, отражающими всю комнату, «старушку», карты, кота, зелёную лампу. Лампа светит прямо мухе в глаз. Потому что она сидит там, где у лампы дырка для оттока горячего воздуха. Муха ползает, и на потолке возникают прелестные тени. Наверно мухе очень хорошо. Умственный человек это ощущает своим животом. Он витает вокруг мухи и особенно рад тому, что из всех привязанностей, с которыми он совсем не успел разобраться при жизни, у него осталась одно лишь жадное внимание к любому живому существу. И его нет, пока нет мухи, потому что кот не интересен, он прост и глуп, «старушка» до сих пор спит. Вот муха улетит и он с ней. Путешествие Нильса с Аккой Кнебекайзе. И когда он был маленький, он был, потому что были гуси.


Поющее белое-белое яйцо, острой частью вниз, не шелохнётся ни разу, хотя ветер с дождём, море бушует, а само яйцо на верхушке колена, там, где чашечка и всё вокруг конечно кружится и не падает, не знает усталости. « Старушка» спит в море, видно её колено, на нём яйцо, и сама она чему-то приятному очень мило улыбается, море гладит её груди, хотя, со стороны, может показаться, что море сурово. Может показаться, что море ледяное. Может быть, а может и не быть. Летят утки, ветер свищет…


Код для вставки анонса в Ваш блог

Точка Зрения - Lito.Ru
борис фрумкин
: письмо с охоты. Прозаические миниатюры.
По плотности речи, по обилию реминисценций, ассоциаций, сюжетов, не только вырастающих один из другого, но и существующих почти параллельно этот текст - скорее стихопроза. Стремительная и образная.
20.09.13
<table border=0 cellpadding=3 width=300><tr><td width=100 valign=top></td><td valign=top><b><big><font color=red>Точка Зрения</font> - Lito.Ru</big><br><a href=http://www.lito1.ru/avtor/frumkinboris>борис фрумкин</a></b>: <a href=http://www.lito1.ru/text/76886>письмо с охоты</a>. Прозаические миниатюры.<br> <font color=gray>По плотности речи, по обилию реминисценций, ассоциаций, сюжетов, не только вырастающих один из другого, но и существующих почти параллельно этот текст - скорее стихопроза. Стремительная и образная.<br><small>20.09.13</small></font></td></tr></table>



hp"); ?>