О проекте | Правила | Help | Редакция | Авторы | Тексты


сделать стартовой | в закладки





Статьи **



Алексей Петров: Ольга Куланина: «Вложить душу в каждую песню…».

Это интервью Алексея Петрова, взятое у Ольги Куланиной, тематически продолжает серию материалов писателя и журналиста о ранней отечественной рок-музыке и ВИА (см. "Первые") - но здесь всё намного интереснее, ибо Алексей и Ольга, помимо всего прочего, ещё и земляки - долго прожили в городке Мичуринск Тамбовской области...

Редактор отдела критики и публицистики, 
Алексей Караковский

Алексей Петров

Ольга Куланина: «Вложить душу в каждую песню…»

Однажды во время своего концерта в ЦГКЗ «Россия» Александр Малинин сказал: «Я давно уже ждал такую песню. В последнее время в моём репертуаре не было таких вот настоящих мужских, взрывных, душераздирающих, я бы сказал – «малининских» песен».
И спел «Волчью стаю», написанную в жёсткой, почти хард-роковой манере:

След широкий от тяжёлых лап
оставляя,
рок жестокий тех, кто в битве слаб,
не прощает.
Нынче вышел их поход суров
за добычей.
Кто-то выжил, а кого-то – в ров
рогом бычьим.


Возможно, это покажется кому-то удивительным, но автор этих «мужских» стихов - девушка, в облике которой нет ничего кровожадного и агрессивного: пышные волосы, тонкие пальцы, чуть заметная усталость в глазах... И только нервный рисунок линии рта иногда во время разговора выдаёт натуру эмоциональную, ранимую, способную на решительный поступок. Но встретишь такую на улице – ни за что не подумаешь, что она способна написать вот это:

В сердце волчьем страха нет.
Разрывает глотку вой.
Полоснул клыком рассвет
Шею неба над землёй.
Окровавленной толпой
волки скроются вдали.
Забери меня с собой,
волчья стая, забери.


«Иногда бывает, что песня складывается непредсказуемо, автор сам не ожидал, что так получится, – говорит поэтесса. – Ему просто было суждено это написать».
Песни на стихи Ольги Куланиной поют Александр Малинин и Лев Лещенко, Лолита и Алёна Апина, Катя Семёнова и группа «Мона Лиза», Алика Смехова и Игорь Наджиев... С ней сотрудничают такие известные композиторы, как В. Добрынин, М. Минков, В. Окороков. Её песни звучат в «Рождественских встречах» и на «Музыкальном ринге», в сольных программах лучших звёзд нашей эстрады, на радио и телевидении.

...Как люди становятся поэтами? И главное: почему? что толкает их к творчеству? Тайна тайн...
Ольга родилась в Мичуринске. Сегодня те, кто достиг определённого успеха в жизни, почему-то любят хвалиться своей плохой успеваемостью в школе и хулиганским поведением. Мода, что ли?.. Так вот: Ольга была хорошей ученицей, почти отличницей. И только по русскому языку ей ставили четвёрку, да ещё по математике – это уже в старших классах. Медаль после окончания школы ей не дали – тогда с этим было не так просто... В классе их было трое, три подруги, Оля, Лена, Анжела – первые активистки школы. Оформить стенгазету, организовать утренник, повозиться с шестилетками, «Зелёный патруль», «Голубой патруль» – кто в первых рядах? Куланина, Свешникова, Гребнева. Мальчишки в классе проштрафятся – кто идёт к директору заступаться за них? Оля, Лена, Анжела.

Конечно, читали много. «Библиотекарша уже просто за голову хваталась, – рассказала мне Лена Свешникова. – Мы бегали к ней чуть ли не каждый день. Портфели с книгами неподъёмные. Читали всё подряд – в основном что-то познавательное, полезное: «Жизнь животных», «В мире интересного», даже «Сто секретов для мужчин». Библиотекарша говорила: «Я уже не знаю, что вам дать. Идите к полкам и сами выбирайте всё, что хотите».
А как же стихи? Поэзия пришла позже. А сначала Ольга увлекалась биологией. Долго была юным натуралистом, ботаником. Главное её чтение в те годы – книги таких натуралистов, как Д. Даррелл, Д. Адамсон, Б. Гржимек, И. Акимушкин, Д. Хэрриот, Ж.-И. Кусто. Только потом, когда она стала постарше, потянуло её к русской классической литературе. Это был непростой ребёнок: сумела прочитать всего Достоевского, многое из Л. Толстого, Чехова...
Судя по всему, уже в школьные годы была трудоголиком, могла работать всю ночь, писать, читать, если этой ей было интересно. Но её вряд ли можно было назвать домашней девочкой. Она всегда была непоседой, любила походы в лес с ночёвкой, ездила с отцом на рыбалку, увлекалась спортивным бегом. Да и сейчас не отказалась бы от всего этого. В детстве мечтала стать геологом, но с этой мечтой пришлось расстаться. Так сложились обстоятельства, что пришлось выбирать что-то поближе к дому. Куланина  обошла весь Тамбов, но ничего интересного для себя не обнаружила. А потом... шла мимо Мичуринского пединститута и поняла, что это последний вуз, куда она ещё не заходила...

И всё-таки: когда впервые пришли к ней стихи? Уже в четвёртом классе многие девчонки в классе увлекались рифмованными строчками. Писали стишки, четверостишия, обычно на заданную тему – по истории, скажем, или по химии, – и передавали друг дружке записочки. Кто из нас не писал стихов в школьные годы? Но вот как бывает: кому-то желание писать стихи отбивает сама жизнь, неосторожная критика тех же учителей или друзей: не так, мол, написано, – а кто-то всё равно остаётся в душе поэтом. Недаром же все другие смотрят на поэта как на «недолечившегося» человека, существо не от мира сего. Да и то сказать: зарифмовать строчки все мы сможем, а вот вложить в них душу, увидеть необычное и возвышенное в обыденном – это талант.
До своего отъезда в Москву, в аспирантуру, Ольга писала стихи уже лет десять, но почти никому не показывала их. Писала стихи и её подруга, которая однажды отнесла целую подборку в газету и получила такой ответ: «Сыровато. Приходите осенью...» Куланина же никогда не думала о публикациях в местной газете. Последние три года в Мичуринске она писала уже довольно зрелые стихи, но... «Я не была знакома с такими людьми, к которым следовало бы пойти, чтобы поговорить на эту тему».

Диссертацию она готовила по творчеству Н. С. Лескова. Очень любит его «Запечатленного ангела», «Очарованного странника». «Этим языком не надышишься, – говорит Ольга, – хочется читать и перечитывать». Училась в аспирантуре Московского педагогического университета. Всё шло по накатанной колее, всё вроде бы было предопределено заранее, и вдруг... Как часто это «вдруг» меняет нашу судьбу! Случайность, нежданная мысль, необъяснимый порыв... А ещё... одиночество. Ольга никогда не мечтала жить в столице, да и сейчас отнюдь не очарована этим городом. Но – так получилось: поехала в Москву, оказалась вырванной из привычного круга друзей и знакомых, было одиноко, стала искать что-то для себя интересное. Однажды случайно попала на концерт Игоря Наджиева. Ничего о музыканте не знала, никогда не слышала, как он поёт. И вдруг на концерте возникло желание показать певцу свои стихотворения. И буквально через неделю это сделала.

Кто-то спросит: «Неужели же это так просто – прийти к популярному человеку за кулисы, завести с ним разговор, предложить ему свои стихи?» Эта мысль остановит девяносто девять процентов провинциальных безвестных авторов, но Ольгу – не остановила. Кстати,  это ведь она написала чуть позже в своём стихотворении: «рок жестокий тех, кто в битве слаб, не прощает». Куланина делала так: выбирала себе исполнителя по вкусу, шла к нему за кулисы, представлялась, говорила, что написала песню. Иногда, конечно, это было непросто. В Центральном Государственном концертном зале «Россия», например, это практически невозможно. Но чаще всего молодой поэтессе никто не мешал.

С теми, с кем работаешь, рано или поздно становишься друзьями. Нашлись такие исполнители, которые поддержали Ольгу, познакомили с закулисными секретами шоу-бизнеса. Очень поддержали  Куланину, например, Екатерина Семёнова, Ольга Кормухина, Игорь Наджиев. В новой сольной программе Е. Семёновой многие песни написаны ею на стихи Куланиной. В «Рождественских встречах» она спела песню Ольги «Ангел-хранитель», на «Музыкальном ринге» – «Плачет дождь». А. Малинин поёт «Волчью стаю», «По Неглинной», «Надо жить». Последняя стала заглавной на новом диске певца, и был снят по этой песне видеоклип.

«Надо жить», – мне сказала вчера
при свечах, кинув карты, цыганка
и в осеннюю полночь ушла,
спрятав слёзы под шёлк полушалка.
Надо жить и терпеть эту боль,
что попутчицей следует всюду.
Надо жить и играть эту роль –
не хочу, не умею, не буду.
Надо жить и, встречаясь с тобой,
каждый раз губ фальшиво касаться,
и просить, и молить: «Боже мой,
как с тобою, любимой, расстаться?»


Для Алики Смеховой  Куланина  и Семёнова написали песню «Две свирели». Лев Лещенко поёт на стихи Ольги «Прилетай», а «Капелька» звучала на радио в исполнении Сергея Избаша.

Она пишет всё – от частушек и детских песенок до гимнов. Это не разновкусица – просто так получается, это приходит само собой.
Однажды Ольга ехала в электричке, обдумывала текст песни, который её попросили написать. И вдруг словно кто-то сказал ей: «Брось ты всё это. Сядь и напиши «Волки умирают от любви». «Что за бред? – подумала Ольга. – Какие ещё волки?» Но через три-четыре дня к ней пришло вдохновение, и она написала песню «Волки умирают от любви».
Иногда  Куланина пишет на заказ. И считает, что ничего плохого в этом нет. Ольга уверена, что если поэт пережил какой-то яркий эпизод в своей жизни, об этом нельзя не сказать. Любое незаурядное событие или впечатление может оказаться созвучным поэтическому настроению и отозваться поэтической строкой.

На шумный бал спешили пары,
сиял огнями дом старинный,
и погонял ямщик усталый
лихую тройку по Неглинной.
И чьи-то взоры опьяняли
всю ночь влюблённого корнета...
Ах, где вы, шлейфы и вуали?
Ах, где вы, дамы полусвета?


Поэт Александр Шаганов сказал ей: «Какая ты везучая! Я пять лет пробивался, а тебя запели через год...» Подумать только! А ведь Шаганов сделал репертуар таких кумиров, как «Любэ» и «Иванушки»!..

Но не всё так гладко, как кажется на первый взгляд. Например, беззастенчиво нарушаются авторские права, поэты далеко не всегда получают гонорары за своё творчество. Некоторые «звёзды» сами решают, какому автору платить, а какому вовсе не обязательно. Да и многие радиостанции тоже – выплачивают гонорары только тогда, когда песню исполнит «звезда» первой величины, иначе могут быть неприятности с налоговой инспекцией.

«Иногда для того, чтобы подготовить песню, нужно поработать две недели, а иногда десять лет», – говорит Ольга.

Какие-то песни Куланиной до сих пор ждут своего часа. Некоторые «звёзды» берут её тексты, а потом эти стихи лежат у них без движения.
Куланина написала довольно много, но не находит времени напечатать свои стихи, выпустить собственный сборник. Были, конечно, у неё публикации в московских журналах и газетах, но сегодня Ольга больше увлечена песенным творчеством и не хочет бороться с этими «досадными трудностями»: ходить по типографиям, возиться с текстом, терпеливо ждать книгу. «Когда стихи лежат и не напечатаны, иногда перечитываешь написанное, и возникает желание что-то исправить, а это делать, в общем-то, нельзя, – считает она. – Поэтому я понимаю, что всё это нужно как-то побыстрее издать...»

…На сей раз (написано в 2000 году в г. Мичуринске. – автор.) О.  Куланина приехала в родной город в качестве продюсера: организовала концерт В. Маркина и Л. Вильдановой по случаю 130-летия Мичуринского завода поршневых колец. Да, Ольга занимается ещё и продюсерской деятельностью, но об этой своей работе говорит неохотно. «Эта профессия не ссорит тебя с твоим основным делом, а, может быть, наоборот, помогает лучше реализовать твои возможности. Когда рядом с тобой хорошие люди, которые хотят, чтобы ты им помогла, нужно помогать». Умелый продюсер для творческого человека – надёжная опора. Ведь это именно он, продюсер, берёт на себя тяготы организационных вопросов, не каждому исполнителю это по плечу.

Мы познакомились с ней в больнице, где я работал. Узнав через общих знакомых о том, что я хочу написать о ней статью в газету, Ольга охотно согласилась ответить на мои вопросы, приехала ко мне на работу, пришла в ординаторскую. Куланину вовсе не смутил тот факт, что я никакой не журналист, а врач; судя по всему, Ольга не знает, что такое «звёздная болезнь». Мы проговорили два часа. А потом в некоторых газетах Тамбовской области  были напечатаны два моих очерка и интервью с Куланиной.

«Вы уже несколько лет живёте в Москве. Каким видите родной Мичуринск сегодня? Не скучно ли вам здесь?» – спросил я у неё.

Она ответила так: «Судьба приводит человека туда, куда ему суждено прийти. К сожалению, проявить себя в качестве поэта-песенника в провинции очень трудно. Поэтому живу теперь в Москве. Считаю, что нужно радоваться всему, что даёт тебе жизнь...»

***

Ещё раз мы с Ольгой встретились в старинном селе Казинка, в двадцати вёрстах от уездного Мичуринска-Козлова, на литературно-музыкальном празднике в честь издателя-вольтерианца И. Г. Рахманинова. Когда-то, двести лет назад, здесь, в этом глухом селе, жил чудак-барин. Картишками не баловался, за барышнями не ухлёстывал, военную службу оставил в чине бригадира и из шумного Петербурга сбежал в Тамбовскую губернию, в собственное село, в отцовский дом, чтобы здесь, в Казинке, открыть одну из первых в России провинциальных «партикулярных» типографий и беспрепятственно печатать книги своего кумира – Вольтера. В память о книгоиздателе и переводчике Иване Рахманинове и задуман этот ежегодный праздник. Поэтесса Ольга Куланина была почётным гостем. Сидели с ней на выцветшей лавке, прямо посреди свежескошенного луга перед дощатой сценой под открытым небом, слушали концерт провинциальных музыкантов и актёров. А позже, уже у меня дома, проговорили весь вечер.

Ольга, когда было написано ваше первое стихотворение?
–Мне было лет двенадцать. До отъезда в Москву я писала стихи уже лет десять, но мне казалось, что это никому не нужно.

Обычно к первым своим опусам отношение потом довольно пренебрежительное. Есть ли какие-то стихотворения тех лет, которые и сегодня вам кажутся удачными?
–Таких стихотворений очень немного. Поэзия – это поиск души, общение с Богом, а это далеко не всегда удаётся. Иногда стихи возникают словно ниоткуда, объяснение им не находишь, мысль сваливается на тебя будто с ясного неба...

Как получилось, что вы попали в Москву и стали писать стихи для песен?
–В Москве очутилась случайно. У меня никогда не было даже мысли поехать в столицу и стать поэтом-песенником. После пединститута я поступила в аспирантуру Московского педагогического университета, начала писать диссертацию. В Мичуринске у меня были друзья и знакомые, а в Москве я почувствовала себя одиноко и потому начала иcкать что-нибудь для себя интересное…

Есть ли в вашем творчестве какая-то главная тема?
–Я пишу всё – от колыбельных до торжественных гимнов. Почему? Не знаю. Это приходит само. Однажды был забавный случай. В те годы, когда в обществе (помните?) витало настроение покаяния, я написала текст для песни подобного рода.
Всё не так в небесах и на грешной земле,
всё не так в куполах и в подкупольной мгле,
и в траве, что у ног, всё полынь да всё мак,
всё не так там, где Бог, и без Бога не так...

Исполнители, которым хотелось каяться на сцене, очень любили петь такие песни. Этот текст понравился певцу. А буквально через два дня я предложила ему новые свои стихи, шуточные, что-то такое «Не робей, воробей... мы тебе насыплем крошек...», уже не помню… в общем, забавную детскую песенку. А он ждал от меня совсем другого. Спрашивает: «Как это можно – после той песни написать эту?..»

Как вообще рождаются темы песен?
–По разному. Иногда песню просто заказывают. Начинаешь обдумывать, вживаться в предполагаемые обстоятельства...

-Разве можно написать хорошую песню на заказ? Неужели для этого тоже требуется вдохновение?
–Иногда бывает, что песня складывается неожиданно, автор сам не ожидал, что так получится. Ему просто было суждено это написать. Бывает, что пишешь песни и на заказ. Что же тут плохого? Мне, например, заказали текст для финальной акции «Молодёжь против наркотиков». Я «вжилась в образ» молодого человека, который против наркотиков и написала стихи. Музыку сочинила Ольга Юдахина, руководитель ансамбля «Домисолька».

Сегодня мы вряд ли сможем назвать автора текста той или иной песни. Раньше такую информацию мы находили на конвертах грампластинок, виниловые диски стоили 2 рубля 15 копеек. Сегодня компакт-диски российских исполнителей иной раз стоят в два раза дороже, чем западных... (Это была написано несколько лет назад. – авт.)
–Это большая беда наших исполнителей, потому что для того, чтобы записать песню, им приходится тратить колоссальные деньги. Хорошая профессиональная студия стоит от 20 до 150 долларов в час, а чтобы записать песню, нужно потратить несколько дней.

Когда вам легче написать стихи к песне: когда уже готова музыка, или сначала текст – потом музыка?
–Лучше всего писать тогда, когда у тебя есть настроение. Обычно я сначала пишу стихи, а потом уж рождается музыка. Но как часто песенный текст ограничивает фантазию композитора! Музыканты старой школы умели работать с текстом, а у молодых очень сильна тяга к западным образцам, они стараются создать что-то подобное. У молодых композиторов есть такое понятие как «квадрат» (то есть все четыре строки куплета должны быть равны друг другу), которое ограничивает их возможности. Если я изменю в последней строке ритм, они требуют её исправить, утверждают, что на этот текст написать музыку невозможно.

Похоже, что далеко не на каждое зрелое, классическое стихотворение можно написать музыку. Почему так бывает?
–Думаю, не всякие стихи оставляют место музыке. Иногда в стихах сказано так много, что музыки уже не нужно. Когда я пишу текст, стараюсь придумать мелодию, напеваю. А раз уж я пою свои строчки, значит оставляю место музыке... Но иногда даже в рамках танцевальной песни «для ног» вполне можно выразить прекрасные мысли, которые понравятся слушателям.

На стихи Цветаевой Марк Минков написал, по-моему, выдающуюся песню: "Уж сколько их упало в эту бездну, // Разверзтую вдали! // Настанет день, когда и я исчезну // C поверхности Земли..." Но не так много песен написано на стихи Марины Цветаевой или, скажем, Анны Ахматовой... Неужели это трудно?
–Дело не в том, что трудно, тут нечто другое... Иногда композиторам кажется, что сегодня не время писать музыку на сложные тексты. Однажды я принесла Марку Анатольевичу Минкову серьёзные стихи, он прочитал и сказал: «Оля! Боже мой, кому это сейчас нужно?» Вот и лежат они на полке. К тому же сегодня мало исполнителей, которые хотят трудиться над текстом. Хотя, слава Богу, они есть, и я с ними работаю. Например, Александр Малинин, который всегда отвергает плохой текст. Ему нужна именно поэзия.

–А цепляют-то гораздо легче такие тексты, как "Сим-сим, отдайся" или "Я лучше съем возле загса свой паспорт...". Или тут виной всему нетребовательность публики?
–Я к этому отношусь достаточно легко. Песни отражают нашу многообразную жизнь, а потому должны быть разными. Пусть будут и серьёзные песни, и шуточные, и такие, чтобы, услышав её, захотелось встать и зарыдать.

Как думаете, почему даже такой мастер, как А. Вознесенский, допускает в своих песенных текстах небрежность, несовместимую с понятием «высокая поэзия»: «Мы нашли разную звезду, но всегда музыка одна, если я в жизни упаду, подберёт музыка меня...»? Или, может быть, если бы он написал более строго, более «правильно», такой текст вряд ли запомнили бы, вряд ли запели?..
–Трудно сказать. В лучше другой пример приведу: «Расцветали яблони и груши, поплыли туманы над рекой...» "ПоплылИ" – с ударением на последнем слоге! Иногда бывает, что в песни всё настолько хорошо, что никто не замечает неточности. А кроме того, случаются и у нас авральные ситуации. Принесли тебе мелодию, завтра нужно сделать запись песни. И вот сидишь, работаешь, торопишься. Это не значит, что ты «лепишь» набор слов, всё равно стараешься пропустить текст через себя. Конечно, автор песенного текста должен быть точен, если он считает себя профессионалом.

Вопрос, который показался бы неприличным на Западе: большой ли доход приносит текст песни, уже звучащей в эфире? Впечатление такое, что достаточно написать что-то вроде «Тёмная ночь» или «День Победы» (что, конечно же, совсем непросто) – и ты обеспечен на всю жизнь. Кто-то однажды сказал в интервью, что некоторые поэты получают за текст одной песни до 3000 долларов...
–Враньё. Такую песню, как, например, «День Победы», давали писать тем, кто уже в Союзе композиторов или в Союзе писателей, и гонорары им были гарантированы. А сегодня эта система совсем не отработана. Часто нарушаются авторские права. Есть такие композиторы, которые норовят идти по дешёвому пути. Сейчас многие из них сами себе поэты... Авторский гонорар поэт может получить за песню, которая поётся «звёздами», крутится на телевидении. Песня, прозвучавшая на «Маяке», принесёт доход 3 рубля, а если её споёт знаменитая певица в концертном зале «Россия», поэт получит 1000 рублей. Многие же радиостанции сами решают, за что платить, а за что нет. Поэтому-то в нашем шоу-бизнесе возникла система «натуральной оплаты», и тут каждый выкручивается, как может... Некоторые певцы вообще не платят авторам, поскольку считают себя «звёздами» первой величины.

-Есть ли какой-нибудь поэт-песенник, которого вы считаете своим кумиром или, скажем, наставником?
–Мне очень нравится творчество Саши Шаганова. Люблю стихи Михаила Танича, Николая Зиновьева. Преклоняюсь перед Леонидом Дербенёвым – он был очень профессиональным поэтом-песенником, его стихи и сейчас звучат свежо и оригинально. Он мог вложить душу буквально в любую песню.

Теперь о другом - о вашей продюсерской деятельности. Что заставило слабую женщину стать продюсером в шоу-бизнесе?
–Слабую?.. Со мной рядом были люди, которые хотели, чтобы я им помогала. Эта профессия тоже позволяет тебе реализовать твои возможности.

Как сочетаются эти две сферы вашей деятельности: поэзия и бизнес? Мне кажется, что это совершенно разные вещи: там – вдохновение, здесь – трезвый расчёт, холодная арифметика, железная дисциплина и так далее.
–Эти две стороны дела легко сосуществуют в одних и тех же рамках. Очень часто хороший композитор, например, бывает неплохим бизнесменом. И если тебя уважают, как поэта, и видят, что ты стремишься не только заработать, но и помочь хорошему исполнителю, к тебе относятся совсем не плохо.

Для этого, наверно, нужно организовать свою фирму, оплатить лицензию или что-то в этом роде?
–Сегодня это поставлено в жёсткие рамки. Нужно работать через продюсерские фирмы, иметь юридический статус. Но у нас это всё довольно сложно. В Москве – одни деньги, в провинции – другие. Многие певцы у нас не востребованы, и, хотя они хорошие профессионалы, никакого юридического статуса у них нет. Где им взять деньги, чтобы зарегистрировать фирму, нанять бухгалтера? Это довольно хлопотное дело, и зачем оно ему, когда у него концерты бывают два раза в месяц? Но когда его куда-то приглашают, он всё равно туда едет. Поэтому рядом с ним должен быть человек, который исполняет роль директора или продюсера и решает организационные вопросы.

Наверно, сложно сегодня обеспечить приличные сборы?
–Сегодня исполнители отучены работать на кассу. Раньше у них не было никаких гарантий. Исполнитель понимал, что ему нужно собрать кассу, а заказчик знал, что ему нужен такой исполнитель, на которого пойдут люди. Сейчас делается по-другому. Деньги оплачивает администрация, спонсоры или кто-то ещё. Но многие наши коммерческие музыкальные коллективы как раз и созданы для того, чтобы на них зарабатывать деньги, поэтому эти артисты не поедут в глубинку, а отправятся туда, где им гарантированно выплатят 6 000 долларов. А вот в маленький провинциальный город, где люди придут и заплатят по 50 рублей, эти музыканты не приедут. А тех исполнителей, которые работали на кассу, собирали публику и знали, что успех зависит от них самих, – этих вытеснили со сцены, забыли. Вот так привезёшь высокопрофессионального певца – а на него и не пойдут, потому что его не знают, публика приучена к тем, кто маячит на экране…

Код для вставки анонса в Ваш блог

Точка Зрения - Lito.Ru
Алексей Петров
: Ольга Куланина: «Вложить душу в каждую песню…». Интервью.

05.02.05

Fatal error: Uncaught Error: Call to undefined function ereg_replace() in /home/users/j/j712673/domains/lito1.ru/fucktions.php:270 Stack trace: #0 /home/users/j/j712673/domains/lito1.ru/read.php(112): Show_html('\r\n<table border...') #1 {main} thrown in /home/users/j/j712673/domains/lito1.ru/fucktions.php on line 270